Погруженный в свои мысли, тянусь к сигарете и замечаю коленки моей рыжули. Убираю руку от пачки, вспоминая, как она морщила нос.
– Да курите, – видя мой порыв, отмахивается она. – У вас приятный табак.
Усмехаюсь. Прикуриваю и открываю окно. Первый комплимент есть.
– Значит, вы женаты? – звучит через минуту контрольный в лоб. Раздраженно выдыхаю дым и выкидываю окурок в окно. – Не делайте так, пожалуйста.
– Блядь, – рычу и прикуриваю новую сигарету. Настроение испортила одна, а сорвусь вот-вот на другой. – Алиса, не лезь под горячую руку. Не видишь, что ли, что я злой?
– Хороший повод, чтобы перевести тему, – усмехается рыжая и отворачивается к окну, чем еще больше меня бесит. – Можете не отвечать, и так все понятно.
– Надеюсь, что тебе понятно, что я не просто женат, а развожусь? – стараюсь говорить спокойнее, но внутри все клокочет.
– Понятно, что вы женаты. А что там у вас происходит – это уже другой вопрос. Милые бранятся – только тешатся.
– Ага, конечно. – фыркаю сердито, заворачивая во двор нужного дома. – Где же тогда твой мужик?
Алиса резко оборачивается ко мне и вспыхивает, как спичка. Вижу в ее глазах злость. Смотрит на меня так, будто в горло вцепится. Ну приехали, блядь.
– Я развожусь. Понятно? – останавливаю машину и пристально смотрю в ответ. Давим друг друга взглядами. Дурная баба, непокорная. Но хороша до невозможности! – Когти спрячь.
– Что? – хмурится рыжуля, растерянно взглянув на руки.
Тут же притягиваю ее за шею, чуть сжимая загривок. Алиса тоненько ахает, отчего сносит крышу, и я врываюсь в ее рот коротким поцелуем, пока она не успела очнуться и оттяпать мне половину языка. Член вмиг каменеет от того, насколько приятна она на вкус.
Рано меня сорвало. Не нужно было сегодня ее целовать, но не удержался.
– Не бузи, – отстраняюсь и сразу выхожу из машины, пресекая возможные вопли. Выкидываю сигарету в мусорку. Пытаюсь придержать докторшу, пока та вылезает, но она брыкается и шипит. Реально, как кошка.
Позволяю ей выбраться самой, достаю с заднего ряда пакет с обувью и еще один, ставлю на тротуар.
– Заберите обратно все, я не пойду с вами никуда! – громким шепотом ругается Алиса.
– Пойдешь, лапуль. Ты сама согласилась. Я тебя за язык не тянул. – Рыжуля задыхается от возмущения. – Что такое? До двери проводить или сама дойдешь?
Алиса подхватывает пакеты и быстрым шагом удаляется прочь. Смотрю на ее стройные ноги в лакированных туфельках и прикусываю губу. В мыслях одна пошлятина.
Вдруг рыжик останавливается и направляется обратно, тянет мне пакет из магазина.
– Это не мое.
– Это молоко, – усмехаюсь, пряча руки в карманы. – И гостинцы для дочери.
– Вы… – Алиса опускает глаза и подбирает слова, а я облокачиваюсь об машину. – Переигрываете.
– Вот как? – вскидываю брови, когда она поднимает на меня взгляд. – Интересно. Вроде в филармонию не звал. Замуж тоже.
– А что так? – усмехается зараза. – Жена не разрешит?
Закатываю глаза.
– Ммм, какая же ты сложная, Алиса Олеговна. Может, поэтому одна?
Снова вижу этот взгляд, полный ярости и затаенной обиды.
– Давайте так, – выдыхает она. – Я от своих слов не отказываюсь. И правда благодарна за помощь. Но в следующий раз мы с вами пообщаемся, когда у вас свидетельство о разводе будет на руках.
Хмыкнув, ничего не отвечаю и сажусь в машину.
Выруливаю со стоянки, чувствуя, что бешусь. Что так сложно-то, блин? Вроде обычная баба. Да, красивая. Да, с характером. Но где щенячий восторг-то? Че шугается, как от огня? Подарки вообще принимать не умеет.
Когда это у нас наличие жены так сильно стало смущать? Обычно, посвети деньгами – и все, никаких проблем нет. И такие нюансы, как жена, сразу становятся незначительными. А тут где-то сбой. Телефон вибрирует.
Перевожу взгляд на экран и рычу, потому что вижу входящий перевод он Алисы Олеговны В. Хватаю его в руки и смотрю на сумму. Она оставила себе свои восемьдесят тысяч, а оставшиеся сто двадцать перевела мне.
Остановившись на светофоре, открываю онлайн банк и, как и обещал, перевожу обратно двести сорок. Выдает ошибку. Звоню ей – не отвечает. Пишу – сообщение не доставлено.
– Вот ты сучка вредная, Алиса Олеговна! – хмурюсь и откидываю смартфон на сидение. – Ну, ничего, это поправимо. Плохо ты меня знаешь.
Пусть пару дней передохнет и свою победу отпразднует. А я пока подготовлюсь. Да и с Леркой надо вопросы порешать.
Заворачиваю к сталинке в центре, паркуюсь в маленьком дворе. Из машины неподалеку выскакивает Артем и торопливо идет ко мне, сжимая в руках папку.
Вытаскиваю телефон и на ходу ищу фотографию.
– Рэм Алиевич, – тянет он руку. Не отвечая, пихаю ему в лицо гаджет. – Эмм, это что?
На экране фото трупа, который всплыл со дна водохранилища неподалеку от Москвы. Мне знакомый мент прислал для опознания, мало ли, кто из знакомых.
– Это то, что тебя ждет, цыпленок, если ты еще раз меня петушком назовешь. Ясно?
– Так я же… это же метафора.
– Я понимаю. Поэтому ты еще тут, а не в озере. Но второго раза не будет.
– Понял-принял, осознал.
– Вот и молодец. – хлопаю его по плечу. – Пошли к курочке?
