– Ты очень хороший мальчик, – шепчу, усмехнувшись.
– У тебя извращенное представление о том, что такое “хороший мальчик”.
Снова молча усмехаюсь. Он не сказал в ответ, что тоже меня любит. Наверное, раньше я бы на это обиделась, но теперь научилась судить мужчин по поступкам. Мне не нужны слова. Все, что он сделал и делает для меня – что это, если не любовь?
– Спасибо, что ты есть, – шепчу опять. Хочется плакать от нежности. И говорить ему, как мне все эти годы было без него плохо. Но зачем портить слезами такой волшебный момент?
– Погоди, может, еще передумаешь с такими поспешными выводами, – теперь усмехается Рэм и мне кажется, что сейчас нам просто обоим страшно и мы пытаемся скрыть это за смешками и ленивыми подколами. – Я тут подумал… у меня хата недалеко. Ребята проверили. За ней не следят. Поехали ко мне, нахер нам отель?
Припарковавшись возле большого жилого комплекса, в ночной тишине быстро добираемся до подъезда. Уже в лифте Рэм снова начинает домогаться меня и подогревать своими ласками, так что у дверей квартиры мы оказываемся уже разгоряченные и снова возбужденные до предела.
Рэм пропускает меня внутрь, щелкая светом в коридоре. Не дает разуться. Снова задирает подол платья и, подхватив под бедра, сажает к себе на пояс. Успеваю только заметить, что его квартира гораздо больше моей.
Целуемся как безумные. Теперь-то уж можно не сдерживаться, боясь испугать прохожих или разбудить детей.
Рэм несет меня куда-то, то и дело толкаясь бедрами и давая понять, что снова готов выполнять обещанное. Я схожу с ума, будто в меня вселилась богиня секса. Ни в юности, ни в молодости со мной даже близко такого не было. Как с катушек сорвало.
Рэм как таблетка виагры одним своим прикосновением делает из меня мартовскую кошку. Хочу его. Хочу сделать с ним все, что даже не могу себе представить, сгорая от стыда.
Рэм заносит меня в темную комнату. Понимаю, что это спальня, когда мы вместе падаем на кровать.
Вдруг подпрыгиваю и вскрикиваю от ужаса, потому что слышу дикий визг и чувствую, как подо мной что-то шевелится.
– Алиса, свет, – рычу страшным голосом, потому что прекрасно догадываюсь, кто спит на моей кровати. И сейчас я эту “Машеньку” готов разорвать в клочья, потому что надо было утопить ее еще тогда, когда она хотела поделить все, что я заработал, поровну. Тогда я бы избежал кучи проблем.
Алиса начинает метаться по комнате. Свет вспыхивает, включенный умной колонкой, и она замирает, понимая, что я обращался к ее электронной тезке. Серьезно смотрит на кровать. Оборачиваюсь и Лерка, сука, начинает визжать, будто увидела призрак.
Она отползает от меня и, вижу, как судорожно пытается набрать чей-то номер. Хватаю ее за ногу, подтягиваю одним рывком к себе, ловким движением руки выхватываю телефон и швыряю его в стену. Гаджет разлетается на куски. Одновременно тянусь за подушкой и вжимаю ее в лицо своей бывшей супруги. Она хрипит и бьется под моей рукой.
– Рэм! – взвизгивает Алиса и я оборачиваюсь к ней. – Ты ее убьешь!
Хочется ответить, что это именно то, что я и делаю, но я смотрю на белое от ужаса лицо и чувствую, что рука сама собой расслабляется.
Сжимаю челюсть сильнее. Хочется додавить Лерку как слизняка, но я с рыком убираю руку и встаю.
Бывшая хрипит и кашляет, стаскивая с себя подушку. Смотрю на нее хмуро. Внутренности аж потряхивает от ярости. Можно сказать, что моя нынешняя – ангел-хранитель моей бывшей. Потому что если бы не она, я бы убил эту никчемную тварь.
– Я не виновата, они меня заставили! – Лерка начинает размазывать по лицу сопли, глядя на меня как олененок из мультика и хлопая своими огромными нарощенными ресницами, а сама нет-нет, да и косится на Алису. Хуево, что она ее увидела.
– Ага, – достаю из кармана смявшуюся пачку сигарет, прикуриваю. – Именно поэтому ты сейчас спишь на моей кровати, уже после того, как я для всех умер.
– У меня соседи тараканов травили, – начинает на ходу придумывать талантливая врушка, но осекается, когда я медленно качаю головой.
– Не правильный ответ, Лера. – я заглядываю в шкаф и в одном из ящиков нахожу наручники. Не такие мягенькие, как для ролевых игр, а настоящие, ментовские браслеты, из которых освободиться можно только если перегрызть себе перед этим руку. – Пошли.
– Рэм, так нельзя, – негромко зовет меня моя рыжая совесть.
– Выйди. – рыкаю так, что она вздрагивает, но не двигается с места. На секунду зависаю на огромных испуганных синих омутах.
– Выйди! – гаркаю и Алиса пятится к двери, глядя на меня, как на чудовище.
– Рэм, пожалуйста, не надо, – начинает выть Лера, когда я оборачиваюсь к ней. – Я не хотела! Не убивай меня, пожалуйста, я же… беременна! От тебя!
Зависаю на секунду от такой наглой лжи и чувствую, как по позвоночнику будто окатывает кипятком. Конечно, эта тварь пиздит, отлично зная, что мной манипулировать у нее уже не получится, а вот моей женщиной…
– Заткнись, – рычу, оборачиваясь на Алису. Мы сталкиваемся взглядами и у меня, кажется, сердце разрывается внутри, потому что все. Пиздец.
