– С тех пор Ральф часто приходил ко мне, – продолжила Мэдди. – Кое-что делал по работе, а я помогала ему готовиться к экзаменам. А четыре дня назад он сообщил матери, что видится со мной, и они сильно поссорились. Виктория выгнала его из дома, и Ральф пришел ко мне с вещами. Я не смогла прогнать его.
Кэт проглотила комок в горле, мысли в голове путались. Неужели это ловушка?
– А Виктория? Как она? – спросила Кэт.
– Не знаю. Она не отвечает на звонки Ральфа. И я ужасно себя чувствую. Мне кажется, Виктория очень расстроена из-за того, что произошло.
Кэт скрестила руки и ноги и вжалась в спинку дивана. Она была оскорблена и расстроена не меньше, чем ее старшая подруга.
– Бедная Виктория!
Кэт вспомнила все добрые поступки Виктории. Чайный сервиз для матери, регулярные звонки, предложения и вопросы о том, чем еще она может помочь. И ведь это Виктория рассказала им с Мэдди о своей поездке в Париж, встрече с Эльзой и о том, что узнала о Лео. Она могла не делать этого, и сейчас не заслуживает подобного обращения…
Кэт была в восторге от предложения Мэдди, но могла думать лишь о том, как несчастна Виктория. Когда в замочной скважине повернулся ключ, она подскочила на месте, и у нее перехватило дыхание. В комнату вошел Ральф с пакетом молока и багетом в руках. Он был очень высоким, каким Кэт его и помнила, и выглядел скованно и немного неуклюже.
– Я Ральф, – представился он, хотя это было необязательно, и встал у стены.
Кэт поднялась и расправила плечи, стараясь не показать, что волнуется.
– Знаю, – кивнула она. – И тебе следует помириться с матерью.
Ральф опустил голову:
– Как это сделать?
Кэт схватила жакет со спинки дивана и принялась натягивать его. Затем она узнала у Мэдди, когда нужно приступить к работе, пожала ей руку и поспешила к двери.
– Куда ты направляешься? – провожая ее, спросила Мэдди. Она словно почувствовала, что планы Кэт имеют непосредственное отношение к ней и к Ральфу.
– Я не могу сейчас объяснить. Но я позвоню.
Кэт никогда не была в Диле. Много лет она не выбиралась из Лондона, и очень удивилась, когда поезд вдруг выехал на зеленые луга, где пасся скот. Подобных пейзажей в своем районе Кэт не видела. Она позвонила Виктории и почувствовала облегчение, услышав ответ. Значит, Виктория игнорирует только звонки Ральфа.
– Со мной все хорошо, не беспокойся, – сказала та, когда Кэт объяснила, что знает о случившемся.
Но ее голос свидетельствовал об обратном.
Они встретились у пирса около шести часов вечера. Еще не похолодало, и Кэт была очарована чайками, милыми старомодными магазинчиками и практически праздничной атмосферой. У нее возникло ощущение, будто она приехала сюда на каникулы. Но стоило ей увидеть Викторию с растрепанными волосами и озабоченным выражением лица, ее настроение испортилось. Эта женщина не имела ничего общего с той доброй, мудрой, элегантной дамой, какую знала Кэт. Она выглядела потерянной. Они молча обнялись. Виктория была гораздо выше, но, казалось, именно Кэт поддерживала их обеих.
– Ты голодна? – наконец поинтересовалась Виктория, как всегда проявляя заботу о ней.
Вспомнив, что после завтрака ничего не ела, Кэт кивнула. Они выбрали паб на берегу, табличка на двери которого гласила: «Открыто весь день». Кэт заказала лимонад и апельсиновый сок для обеих и суп с крутонами для себя, а для Виктории финиковый пудинг с карамелью. По ее виду было понятно, что сейчас ей нужно именно это. Они сели за маленький столик в тихом уголке в задней части зала.
В пабе было малолюдно: несколько местных жителей, в основном мужчины, стояли у бара и беседовали с хозяином, и женщина средних лет в костюме, которая, вероятно, приехала сюда по работе. Она пила кофе и листала газету.
– Тебе не следовало приезжать, – произнесла Виктория, поднимая голову. Кэт улыбнулась. – Но все равно спасибо.
Виктория взяла свой бокал, и Кэт заметила, что у нее дрожат руки. Судя по всему, она до сих пор находилась в стрессе, хотя после ссоры с Ральфом прошло восемь дней.
– Послушай, – сказала Кэт, набрав полную грудь воздуха, – все не настолько плохо.
– Я чувствую, что меня предали… И это сделал мой сын.
Хозяин принес пудинг и суп для Кэт. Попробовав суп, Кэт стала объяснять, как Ральф познакомился с Мэдди.
– Ему вообще не следовало приближаться к ней, – сказала Виктория и поморщилась. – И ему было этого мало! Он постоянно находился у нее дома, не говоря мне, куда ходит. А я ужасно волновалась! Представляю, чем они там занимались! – Она закрыла лицо руками.
Кэт наклонилась и дотронулась до ее руки.
– Мэдди помогала Ральфу готовиться к экзаменам. Я видела книги.
– Ты в это веришь? – усмехнулась Виктория.
– Да, и Мэдди чувствует себя виноватой. Она просила Ральфа связаться с тобой и помириться, но ты не отвечаешь на его звонки. Мэдди не хочет, чтобы Ральф оставался с ней. И намерена вернуть его домой, к тебе.
Виктория вздохнула:
– Я не могу с ним говорить. Что я ему скажу?
