Джарвис сделал шаг назад и взял ее за руку, на которой было кольцо, подаренное на помолвку. Кэт с облегчением отметила, что не забыла надеть его утром. Ей было настолько непривычно носить кольцо, что она постоянно снимала его и забывала, куда положила.
– Миссис Мерфи, – улыбнулся Джарвис, целуя ее пальцы.
– Пока нет, – резко произнесла Кэт.
Он удивленно взглянул на нее:
– Пока нет, но скоро станешь.
– Да, – кивнула она. – Да, скоро.
– Мама, хотя бы примерь это. Ради меня!
Мама с недовольным видом стояла в центре гостиной. Она снова взглянула на бледно-розовое платье и жакет, которые Кэт держала в руках, и поджала губы.
– Кэтрин, я же тебе сказала, оно мне не нравится. Зачем мне вообще новое платье?
Кэт вздохнула:
– Мама, я уже объясняла, что выхожу замуж. Тебе нужно одеться красиво. Я специально выбрала для тебя это платье, потому что розовый – твой любимый цвет.
– Неужели? Я не помню… – Она принялась беспокойно оглядываться по сторонам, словно что-то искала в комнате, но не находила. – А зачем, говоришь, ты его купила?
Врач уже осмотрел маму, и, как предполагала Виктория, заключил, что депрессия – не единственная причина ее состояния. Нужно будет пройти обследование, но все свидетельствует о том, что ее заболевание гораздо хуже и оно необратимо. Кэт была потрясена, услышав это, но в какой-то степени правда принесла ей облегчение. Она больше не сердилась на мать, потому что та была ни в чем не виновата. Скачки настроения, отсутствие аппетита, забывчивость и неаккуратность, отсутствие интереса к происходящему вокруг – все это являлось симптомами заболевания, которое, судя по всему, медленно разрушало мозг.
– Мама, прошу тебя, – повторила Кэт, расстегивая ей юбку. – Это красивое платье, и у меня нет времени искать для тебя что-либо другое.
Мама скрестила руки на груди и скорчила гримасу, но позволила Кэт снять с себя юбку и натянуть платье до колен. Кэт пришлось потрудиться, но, когда она наконец застегнула «молнию» на платье и помогла матери продеть руки в короткий жакет-болеро, результат ее порадовал.
– Вот это да! – произнесла она с улыбкой и, поднявшись с колен, отступила на шаг, чтобы полюбоваться. – Ты выглядишь великолепно!
Но мама никак не реагировала на происходящее: стояла на месте, не шевелясь, и хмурилась.
Кэт кое-что вспомнила.
– Я знаю! – Она надеялась, что мама улыбнется. – Мы забыли шляпу. Она тебе понравится!
Кэт взяла пакет, который лежал на столе, и достала из него бежевую шляпу с широкими полями и розовой лентой, которая отлично подходила по цвету к платью.
– Вот, давай наденем ее на тебя.
Она прикрыла шляпой мамины тонкие волосы, серо-коричневые по бокам, с сединой в центре и ощутила радостное возбуждение. Как приятно хотя бы иногда видеть маму красивой!
– Нам нужно уложить твои волосы, – сказала Кэт, поправляя шляпу. – Я отведу тебя к тому же парикмахеру, у которого мы с Трейси будем делать прически.
В этот момент мать издала странный горловой звук и, сорвав с головы шляпу, бросила ее на пол и принялась топтать ногами. Все это случилось так быстро, что Кэт не успела помешать ей.
– Мне она не нравится, и я не стану надевать ее! – возмущалась она. Слюна начала скапливаться у нее в уголках рта. – Прекрати так обращаться со мной, Кэтрин! Иначе я пожалуюсь в социальную службу!
Кэт смотрела на когда-то красивую, а сейчас окончательно испорченную шляпу, лежавшую на полу, и готова была расплакаться. Она так долго выбирала ее вместе с Трейси и потратила много денег.
– Как ты могла так поступить? – закричала она. – Я ведь купила ее для тебя! Неужели тебе наплевать на мою свадьбу? – спросила она и тут же поняла, что бессмысленно говорить об этом с матерью.
– Какая свадьба? – удивилась та. – Я ничего не знаю о свадьбе.
Кэт подняла шляпу с пола и положила ее на стол, а потом приблизилась к матери и обняла ее.
– Не волнуйся, – промолвила она, поглаживая ее по спине. – Мы не станем ее надевать. Ты будешь первой мамой невесты без шляпы.
У Кэт зазвонил телефон – это был Джарвис. Он стоял у подъезда и просил впустить его.
– Не двигайся! Я вернусь через минуту, – сказала она, оставив мать стоять на середине комнаты в ненавистном розовом платье и в жакете, и побежала вниз.
Увидев бледное, помятое лицо жениха и его опущенные плечи, Кэт сразу поняла: что-то случилось.
– В чем дело? Ты ужасно выглядишь!
– Нам нужно поговорить.
Она подумала о самом плохом: он болен? Или Трейси? Рик?
Джарвис, похоже, прочитал ее мысли.
– Не волнуйся, все в порядке, – ответил он, пока они поднимались верх по грязной лестнице до четвертого этажа – лифт снова не работал.
Кэт закрыла дверь и уставилась на жениха. Она понимала, что маме не терпится раздеться, но не хотела отвлекаться.
– Кэтрин, я хочу снять это платье, – твердила мать, беспомощно дергая жакет.
– Одну минуту! – крикнула Кэт. – Сейчас я помогу тебе.
Джарвис положил руки на плечи Кэт, и она вздрогнула.
