Она приняла сына в свои объятия. Он был напряжен и казался очень хрупким, но позволил ей прижаться к его груди на пару секунд и отстранился. Неважно, что сын не обнял ее в ответ, ей и этого было достаточно.
– Прости меня за то, что я тебе наговорил.
– Забудь об этом. – Голос Виктории дрожал. – Я тоже виновата перед тобой. Хочешь, сделаю какао или чашку чая?
– Просто воды, – произнес Ральф и направился в кухню вслед за матерью.
Ее сердце трепетало. В нем произошли какие-то неуловимые изменения, и у Виктории возникло ощущение, будто сын что-то скрывает. Она надеялась, что он успокоит ее.
– У кого ты был?
– Ты не знаешь, – отозвался он.
<p>Глава 14</p>Среда, 6 января
Дон в повседневной одежде. Он напряжен немного меньше, хотя, когда садится, все равно вытягивает подбородок в сторону, в присущей ему нервной манере. Кейт выглядит уставшей. Ее светлые волосы давно не мыты, и она в той же непривлекательной черной водолазке с прилипшей к ней шерстью. Кейт нанесла легкий макияж, но переборщила с румянами и размазала голубые тени. «Вот что происходит с мамами маленьких детей», – подумала Виктория, вспомнив, как сама падала без сил. Дон же, наоборот, радостный и оживленный. В темно-синих брюках, накрахмаленной белой сорочке с расстегнутым воротником и в куртке-блузоне насыщенного черного цвета. «Как вы провели Рождество и Новый год?» – интересуется Виктория. Кейт ждет, пока ответит муж, и это хороший знак. В прошлый раз она раздраженно вмешивалась в разговор при любой возможности. Дон признает, что Кейт было тяжело: у одного из малышей возникла легочная инфекция и он много капризничал. Становится ясно, что их отношения вернулись в прежнее русло. Консультация начинается достаточно спокойно. Дон заявляет, что больше не общался с той, другой, женщиной. Но потом поворачивается к Кейт. «Я не понимаю, почему ты боишься за наши отношения, – произносит он, вытягивая шею. – Я же говорил тебе, что она ничего для меня не значит. Это была глупая ошибка!»
