Мы находимся в больнице, и я, в отличие от Сес, абсолютно спокоен. Я совсем не нервничаю по поводу того, выживет ли отец – естественно, он выживет, ведь иначе у нас не будет родителей. И я отказываюсь поверить, когда нам говорят, что отец умер. Пускай пойдут и проверят. Ведь не могу же я остаться сиротой в тринадцать лет. И все же они были правы, и вот тогда у меня начал болеть живот. Часто это не сильная боль, скорее такое ощущение, что внутри затягивается какой-то узел. Когда он становится слишком тугим, в животе начинает урчать. Я не рассказывал Сес о своем узле: у нее и так полно поводов для волнений.
Мама записала двенадцать студийных альбомов и несколько дисков с живыми концертами, каждое издание тиражом не менее ста тысяч. Но альбом «Дарю себя тебе» стал ее величайшим прорывом. На данный момент продано 430 тысяч экземпляров, не считая продаж в Норвегии и Швеции. К прошлому Рождеству выпущено подарочное издание стоимостью в 399 крон, в которое вошли все альбомы и бонусный диск с неизданными композициями, в основном демоверсиями и песнями, не вошедшими в альбомы. Это собрание признали лучшим рождественским подарком – было продано почти на двести тысяч экземпляров больше, чем в десятую годовщину маминой смерти, благодаря чему я стал еще богаче. Мы с Сес унаследовали миллионы после гибели родителей, но к чему нам были эти миллионы? Сес вложила их в покупку жилья в Копенгагене. Она успела приобрести несколько квартир, прежде чем цены на недвижимость резко выросли и купленные квартиры поднялись в цене в четыре раза по сравнению с их первоначальной стоимостью. Пожалуй, можно сказать, что я богат. Я владею недвижимостью и всем прочим, но я никогда особо не интересовался своими финансами, так как никогда не испытывал нужды.
