– Ну, как вам сказать. Это особый вид кражи. Кража, совершенная при особых обстоятельствах. Мужчина сопровождает незнакомую женщину в более или менее подозрительную гостиницу, а потом выясняется, что у него пропал бумажник. У девицы почти всегда есть соучастник.
– Понятно.
В досье Марселя Пако имелось три соучастия в подобных кражах, и всякий раз упоминалась девица по имени Жинетта.
Дальше дело становилось еще серьезнее. Речь уже шла о ножевой ране, которую Пако нанес какому-то строптивому господину.
– Я полагаю, это то, что вы называете темной личностью, – вставил м-р Пайк, который настолько отчетливо выговаривал французские слова, что они начинали принимать иронический смысл.
– Вспомнил… Точно… Я ему писал, вспоминаю, – выпалил вдруг Мегрэ. – Интересно, как все это происходит у вас?
– Весьма корректно.
– Я в этом не сомневался. А вот мы не всегда с ними церемонимся. Но удивительно, что они очень редко нас за это ненавидят. Понимают, что такова наша профессия. И так, от допроса к допросу, мы постепенно знакомимся.
– Марсель называл вас своим другом?
– Да. И я уверен, что говорил он это вполне искренне. Особенно ясно помню девушку – о ней мне напоминает почтовая бумага с грифом. Если представится случай, я свожу вас в эту пивную на площади Терн. Там очень уютно, а кислая капуста просто великолепна. Кстати, вы любите кислую капусту?
– Иногда не отказываюсь, – без энтузиазма ответил англичанин.
– В середине дня и вечером в пивной всегда можно видеть несколько девиц за круглым столиком. Там подвизалась и Жинетта. Бретонка из деревни близ Сен-Мало, она приехала в Париж и начала с того, что нанялась служанкой к мяснику. Пако она обожала, а тот просто плакал, говоря о ней. Вас это удивляет?
М-ра Пайка ничто не удивляло. Лицо его не выражало никаких чувств.
– Я случайно им немного помог. Жинетта была чахоточная, но ни за что не хотела лечиться, чтобы не разлучаться со своим Марселем. Когда его посадили в тюрьму, я решил поговорить с одним из своих друзей, врачом-фтизиатром, и тот устроил ее в санаторий в Савойю. Вот и все.
– Об этом вы и написали Пако?
– Да. Именно об этом. Пако в то время сидел во Френе[28], и мне некогда было к нему съездить.
Мегрэ вернул Ланглуа карточку и вышел на лестницу.
– Не пойти ли нам позавтракать?
Это тоже было проблемой, почти делом чести. Пригласить м-ра Пайка в какой-нибудь роскошный ресторан? Но тогда у коллеги с другой стороны Ла-Манша может создаться впечатление, что французская полиция тратит лучшие часы дня на пирушки. С другой стороны, если выбрать дешевый, Мегрэ могут обвинить в скупости.
То же самое и с аперитивами. Пить их или не пить?
– Вы собираетесь съездить на Поркероль?
Может быть, м-ру Пайку захотелось прокатиться на Юг?
– Это от меня не зависит. Официально за пределами Парижа и департамента Сены мне делать нечего.
Небо было сырое, противного серого цвета, и даже слово «мистраль» звучало соблазнительно.
– Вы любите потроха?
Комиссар повел англичанина в один из ресторанчиков Центрального рынка и угостил его потрохами по-нормандски.
– Такие дни мы называем пустыми.
– Мы тоже.
Что мог о нем подумать представитель Скотленд-Ярда? Он приехал, чтобы изучить «методы Мегрэ», а у Мегрэ не было никаких методов. Он увидел толстого увальня, который мог служить прототипом французского чиновника. И сколько времени он будет так ходить за ним следом?
В два часа они вернулись на набережную Орфевр.
Караччи по-прежнему был там. Он сидел в каморке, похожей на стеклянную клетку, в которой свидетели ждали допроса. Это означало, что из него до сих пор ничего не удалось вытянуть и скоро его начнут допрашивать снова.
– Он что-нибудь ел? – спросил м-р Пайк.
– Не знаю. Возможно. Иногда им приносят сандвичи.
– А иногда не приносят?
– Бывает и так. Иногда дают попоститься, чтобы помочь им поскорее вспомнить.
– Господин комиссар, вас вызывает начальник.
– Вы позволите, мистер Пайк? – спросил Мегрэ.
Хоть в этом повезло. Не потащится же англичанин за ним в кабинет начальника.
– Входите, Мегрэ. Мне только что звонили из Драгиньяна.
– Догадываюсь, о чем идет речь.
– Да, Леша уже с нами связался. Много у вас сейчас работы?
– Не слишком. Не считая моего гостя…
– Он вам порядком надоел?
– Мистер Пайк самый корректный человек на свете.
– Вы припоминаете некоего Пако?
– Вспомнил, когда ознакомился с его карточкой.
– Не правда ли, любопытная история?
– Я знаю лишь то, о чем мне говорил по телефону Леша, а ему так хотелось объяснить все получше, что я не слишком много понял.
– Звонил главный комиссар и долго со мной разговаривал. Он настаивает, чтобы вы туда выехали. По его мнению, Пако убили из-за вас.
– Из-за меня?
– Другого объяснения убийству он не находит. Вот уже много лет, как Пако, известный под именем Марселена, жил на Поркероле в своей лодке. Там он стал довольно популярной личностью. Насколько я понял из слов комиссара, Пако скорее был бродягой, чем рыбаком. Зимой бездельничал, летом возил туристов на рыбную ловлю. Никто не был заинтересован в его смерти.
