Самки пошленько захихикали. Компания шумно ввалилась в широкие двери известного дома и тотчас попала в атмосферу с резким отличием от строгой обстановки кланового корабля. Приглушённый красный свет заливал всё пространство небольшого помещения. Стояла душная жара. В спёртом воздухе витали разные испарения: то несло кисловато-затхлым амбре нечистой плоти, то отдавало запахом крепких напитков — на всём лежала печать порока, но Оникс, чистый душой, ещё с такой реальностью не сталкивался. Посетители расселись за круглым столом. Распутницы привычно угнездились на коленях воинов, обхватив их за шеи руками. Подбежала задёрганная молодая самочка в несвежем одеянии. Ей сделали заказ, та бросилась выполнять.
— А почему ваш товарищ нам не улыбается? — недовольно дёрнула тонкими жвалами одна из прелестниц по имени Виола. Серьёзный вид Оникса её раздражал. Ясно, что от такого мрачного типа ничего хорошего не жди. Видать, впервые в таком заведении. Понятно, что самок не нюхал ни разу в жизни.
«Фи! Ну этого дурацкого буку к чертям. Хотя… А ведь как хорош негодник… Самый красивый среди своих приятелей. Его надо обязательно обломать, — усмехнулась коварным мыслям хитрая самочка. — Не хочется на него тратить много времени, но есть один выход! Сколько здесь таких же девственников побывало, фрррр! Да если бы не мы, так и торчать унылым самцам в своих кланах. А тут такое раздолье для уставшей плоти!»
Виола слезла с колен Пламени и подсела поближе к Ониксу. Она поставила локти на столик, положила подбородок на сплетённые пальцы и вперилась в самца томным взглядом. Как раз принесли новую выпивку с закуской. Друзья Оникса, уже изрядно подогретые алкогольными парами, несли всякую чушь заплетающимися языками. Только и раздавались взрывы громкого стрекочущего смеха воителей да хихиканье пьяненьких самочек.
— А ты чего не веселишься, прекрасный охотник? — игриво мурлыкнула Виола Ониксу.
Он скосил на неё жгучий взгляд.
— А разве весело?
Самка удивлённо фыркнула:
— А разве нет?
— Не вижу ничего весёлого в пьяном угаре, — отрезал Оникс мрачным тоном.
«Ну и типчик, — подумала Виола с неприязнью. Но негоднице ещё больше захотелось его непременно обломать. — Я не я буду, если к утру этот угрюмый девственник не превратится в бесстыдного развратника!»
— Тогда зачем ты сюда пришёл? — не унималась кокетка.
— Сам не понял, — неловко потупился Оникс.
Легонько коснувшись его пальцев, самочка нежно застрекотала:
— Если пришёл — веселись! Перестань злиться! Смотри, как хорошо твоим друзьям, они не скучают.
С этими словами Виола грузно плюхнулась на колени Ониксу. От неожиданности тот резко подскочил, самка пухлым мешком скатилась на пол. Изо всех углов тут же раздался дружный пьяный хохот.
— Мушка, Кнопочка, идите сюда! — раздражённо позвала товарок обиженная Виола. Те с налёта устроились на коленях друзей. Обхватив клиентов за шеи, гулящие самки смачно обмусолили им жвала языками. Веселье продолжалось. Недовольная Виола уселась на стул рядом с Ониксом. Оба молчали. Охотник вообще старался не смотреть в сторону неприятной особы. Наконец Виола осторожно притронулась к руке Оникса.
— Извини. Я поняла, что с тобой нельзя так себя вести. Но пойми, молодость слишком коротка… — замерла на полуфразе влезающая в доверие особа.
Оникс согласно кивнул и отвернулся к сцене. На подиум вышла стройная самка с красивой фигурой.
«Вот ещё проруха. С какой дурьей балды старуха сегодня припёрлась? — зло подумала Виола. Уж эта негодница хорошо знала: если Яшма появится в зале, все лучшие самцы враз сгрудятся вокруг удачливой конкурентки. А им, бедолажкам-«девочкам», достанутся которые похуже, её жалкие объедки. — Как же! Старая хрычовка у нас элитная стриптизёрша. Такой огромный опыт за плечами. Дураки бросаются на древние кости. Фи!»
На сцене представление набирало обороты. Вот гибкая акробатка ловко покрутилась на шесте и мало-помалу сбросила с себя почти всю одежду. Подсвеченная красными лучами стриптизёрша очень эффектно смотрелась на подиуме. Моментально звуковой фон в зале поменялся. Слышался только неумолчный стрёкот самок. Самцы же все враз смолкли и уставились на подиум. К раздосадованной Виоле подошли Мушка и Кнопочка. С недовольным видом подружки что-то обсудили и снова подкатились к охотникам. Пламя отправился с милашкой за занавеску. В глубине дома скрывалось ещё помещение, возможно, даже не одно, но проверять это Ониксу не приходило в голову.
