Она сделала несколько шагов – и тут вдруг чья-то рука обхватила ее за талию, а другая схватила за руку Анна с трудом удержалась от крика. В следующее мгновение она поняла, что незнакомец – это конечно же, был мужчина – потащил ее по коридору к темной винтовой лестнице.
– Молчи, – прошептал он ей в ухо, и она тотчас же узнала голос Филиппа.
Анна с облегчением выдохнула, однако ее сердце по-прежнему бешено колотилось. «Как же он выследил меня?» – думала она. Внезапно Филипп прижался вместе с ней к стене и прошептал:
– Молчи…
А затем она услышала шаги и голос лорда Эгмантона; причем шаги и голос становились все громче – было очевидно, что молодой хозяин и его стюард возвращались. И они непременно обнаружили бы ее, если бы вовремя не подоспел Филипп.
– Моя мать просто невозможна! – в ярости говорил лорд Эгмантон. – Она только что позвала меня в Большой зал, а затем стала отрицать, что звала! Она не хочет, чтобы я женился на леди Розамонд!
В этот момент шаги затихли; судя по всему, молодой лорд и его стюард остановились неподалеку от лестницы.
– Но, милорд, она просто заботится о вас, – возразил сэр Дэниел.
Анна почувствовала, что Филипп еще крепче прижал ее к себе. И теперь сквозь тонкое платье она ощущала его возбужденную плоть. Возбуждение Филиппа почти тотчас же передалось ей, и Анна едва удерживалась от стона – огонь желания разгорался в ней все сильнее.
– Я недавно был наедине с леди Розамонд, – говорил лорд Эгмантон. – И мне очень хотелось бы снова с ней встретиться.
Филипп по-прежнему прижимал к себе девушку, и она чувствовала на щеке его горячее дыхание. Не удержавшись, она чуть шевельнула бедрами – почти так же, как недавно в саду. Но тут снова послышался голос сэра Дэниела; тихо рассмеявшись, стюард проговорил:
– А что, если вам взять ее завтра на охоту? Ведь ваша мать никогда не принимает в ней участие.
Почувствовав, как рука Филиппа легла ей на грудь, Анна крепко зажмурилась и до боли закусила губу, чтобы не застонать. Но тут и вторая его рука прижалась к ее груди, а затем он принялся легонько теребить ее соски, все сильнее разжигая в ней огонь желания. Забыв обо всем на свете, Анна схватила Филиппа за руку – ей вдруг отчаянно захотелось прижать его ладонь к своему телу гораздо ниже груди. И неизвестно, чем бы это кончилось, если бы снова не раздался голос лорда Эгмантона.
– Охота?! – воскликнул он с восторгом мальчика, получившего подарок на Рождество. – Замечательно!
Вскоре шаги Эгмантона и Дэниела затихли вдали, и Анна тотчас же забыла, о чем говорили эти двое; для нее их разговор уже не имел значения – сейчас для нее существовали только ласки Филиппа, ласки, делавшие ее совершенно беззащитной.
Внезапно рука Филиппа скользнула ей под платье, и она, громко вскрикнув, наконец-то поняла, что теряет голову. Собравшись с духом, она заставила себя отстраниться от Филиппа. Шагнув к лестнице, она опустилась на ступеньки и сделала глубокий вдох, пытаясь восстановить дыхание.
Филипп взял ее за руку и, прижавшись губами к ее уху, прошептал:
– Ты хочешь вернуться в свою комнату и покончить со всем этим?
Какое-то время Анна молча смотрела ему в глаза. Затем так же молча поднялась на ноги и стала медленно спускаться по ступеням. Не останавливаясь, она бросила через плечо:
– Не хочу, чтобы ты меня сопровождал. Ты будешь меня отвлекать.
Ответом ей было молчание, и Анна подумала: «Не воспринял ли он мои слова как оскорбление?»
– Отвлекать от чего? – спросил он наконец. – Чем ты намерена заняться?
Тут Анна все-таки остановилась и, обернувшись, тихо ответила:
– Я хочу узнать, является ли лорд Эгмантон тем, за кого себя выдает.
– Мне кажется, он похож на мальчика, который находится под опекой властной матери, – проворчал Филипп. – И то-немногое, что мы слышали от него, вполне это подтверждает. Неужели ты думаешь, что люди из Лиги не смогут понять это сами, без твоей помощи?
Филипп спокойно встретил ее гневный взгляд, поскольку знал: она пыталась избавиться от страсти, которая вспыхивала между ними, когда они оставались одни. Он будет ее отвлекать? Какая глупость! Ведь начала двигать бедрами, когда они прижались друг к другу. Но сейчас было бы неразумно говорить ей об этом – не следовало ее злить. Молча отвернувшись, Анна стала спускаться по лестнице. Сообразив, что она решила вернуться в Большой зал, Филипп догнал ее и, схватив за руку, потащил обратно в коридор.
– Ты не должна туда возвращаться, – заявил он решительно. – Если вернешься, все подумают, что мы намеренно уединились. До ужина я успел изучить замок и теперь кое-что здесь знаю. Идем сюда. – Он повел ее по коридору.
– Но сэр Уолтер… – пробормотала Анна, оглядываясь.
– Если бы тебя волновало, что он подумает, ты бы не пыталась ускользнуть от него, чтобы проследить за Эгмантоном.
– Я пыталась помочь!
– Именно так я и сказал сэру Уолтеру, когда он спросил о тебе. Я пообещал найти тебя и удостовериться, что с тобой все в порядке, что ты не попала в беду.
– Моя беда – это ты!
