— Ты могла бы спасти нас обоих от этого кошмара, если бы проигнорировала контракт и вышла замуж за кого-то еще.
— Я и собиралась. С благословения отца. Он посчитал, что выдержит шторм, который последует после разрыва контракта, но не предполагал, что твой отец посчитает это личным оскорблением и сделает все, чтобы мы так и не оправились от скандала. Граф так и сказал, когда я приехала сообщить ему, что отныне собираюсь начать новую жизнь. Он чертов аристократ. И может причинить нам крупные неприятности.
— Разве твоя семья не так богата, чтобы не придавать этому значения? — удивился он.
— Предлагаешь, чтобы мой отец отошел отдел? Но он еще совсем не стар.
— Нет, но, возможно, ты все принимаешь слишком близко к сердцу?
— И это ты говоришь, когда мой отец только начал оправляться после страшного удара, который на целых пять лет лишил его возможности нормально существовать? Тебе, может быть, безразличны любые скандалы, связанные с именем твоего отца. Но я люблю своего и не позволю никому и ничему помешать его выздоровлению!
— Прости. Не знал, что состояние твоего отца было настолько тяжелым.
Она снова сдерживала слезы и изо всех сил пыталась взять себя в руки. Ее взгляд упал на смятые покрывала, свидетельство того прекрасного, что произошло между ними.
Это успокоило ее. Немного… вернее, очень. Нужно как-то убедить его, что им следует найти выход из этой ситуации. Игнорировать происходящее больше нельзя.
— Знаешь, он не собирался оставлять тебя в Австралии, — продолжала она, поднимая на него глаза. — Хотел, чтобы ты страдал, пребывая в полной уверенности, что никогда оттуда не выберешься. И поэтому сделаешь, как тебе велено, лишь бы вырваться из этого ада.
— Это на него похоже. Но думаю, он не вполне понимал, на что меня обрекает. Вряд ли он осознавал, что я просто не доживу до того, чтобы сделать, как мне велено.
— Я была уверена, что после этого испытания ты снова исчезнешь. Ты и раньше так делал. Просто сбегал.
— Какой у меня был тогда выход? Я был совсем мальчишкой.
— Но теперь ты уже не мальчик, — спокойно возразила она. — И, думаю, обязан найти выход, чтобы раз и навсегда покончить с этим контрактом.
Он долго жестко смотрел на нее, прежде чем настороженно поинтересоваться:
— Предлагаешь пожениться?
— Нет! Конечно, нет! Но я ничего не могу придумать. Этот контракт необходимо уничтожить, но я никак не могу его заполучить.
— А если мы сожжем его, все будет кончено? Несмотря на то, что всем известно о нашей помолвке?
— Кто знает, что контракт навсегда связывает наши семьи? Для такого брака подошли бы любые дети из наших семей, но я была единственным ребенком у родителей, у твоего отца, полагаю, были свои виды на Чарлза, так что само собой подразумевалось, что пожениться должны мы с тобой.
— Хочешь сказать, что Чарлз мог жениться на тебе после того, как овдовел?
— Знаешь… мне это никогда не приходило в голову. Зато наверняка приходило в голову твоему отцу, и все же в твое отсутствие он ни разу об этом не упомянул. Возможно, Чарлз отказался второй раз жениться не по своей воле?
Ричард нахмурился:
— Во время последней встречи брат признался, что сын дал ему мужество противостоять отцу. Теперь тот едва не заискивает перед ним, ведь Чарлз и мальчик — единственные звенья, связывающие его с герцогом. — Он еще раз оглядел ее, прежде чем добавить: — Однако поверить не могу, что Чарлз не согласился бы жениться на тебе… если бы его об этом попросили. Вы с ним никогда не воевали. Не то что мы.
Джулия слегка покраснела.
— Возможно, когда-нибудь ты у него сам узнаешь. Но это не поможет мне избавиться от паутины, в которую завлек меня твой отец. Наши связи хорошо известны. Кроме того, известно также, что все эти годы ты отсутствовал, и я считаю, что ты снова сбежишь. Без жениха и контракта твой отец ничего не сможет сделать, чтобы осуществить свои угрозы.
— Хорошо. Дай мне немного времени что-то придумать, — вздохнул Ричард. — Но после этого между нами все кончено, договорились?
— Конечно, почему бы… — начала она, но тут же осеклась, залившись краской, потому что он многозначительно уставился на постель.
Когда Ричард предложил выкрасть контракт, Джулия сразу согласилась. Идеальное решение!
Но тут он объяснил, каким именно способом они это сделают, и она посчитала его безумным. Она до сих пор так думала. Его план был слишком рискованным.
Поэтому Джулия, разумеется, отказалась и не поддалась ни на какие уговоры. Не для того она спасала его, чтобы позволить прыгнуть прямо в костер. Но Ричард не рассердился. Правда, был раздражен, но не сердит.
Она не ожидала, что вечером, за ужином в капитанской каюте, он расскажет обо всем своим друзьям, чтобы получить их поддержку.
После того как он выложил все карты, Габриэла воскликнула первой:
— Какая великолепная идея! И такая рискованная. Жаль, что я не буду в этом участвовать.
— Ни за что, — покачал головой Дрю и встревоженно посмотрел на Джулию: — Вы действительно на это согласились?
— Нет, я думаю, это слишком опасно, тем более что мы знаем, на что способен граф Мэнфорд, — ответила Джулия.
