— В каком смысле, должен? — я не могла понять, о чем говорит Бенджамин.
— Во всем. Понимаешь, он содержит большой дом, помогает твоей сестре, брату, а тебе нет. Он им дает, а у тебя только берет, и это его угнетало, — у меня внутри все опустилось.
— Но я ни разу, я … я никогда ни словом… Я даже не думала о том… — мне хотелось плакать. Моя финансовая помощь воспринималась родителями совсем не так, как я бы хотела, чтобы она воспринималась.
— Я знаю, малыш, — Феб погладил мою дрожащую руку. — И он знает, что ты об этом даже не думала, но он-то думал. Твой отец хотел сделать вам всем сюрприз, а тебе хотел купить твою собственную квартиру.
— Ох, — я вытерла слезу. — Как же глупо он поступил.
— Глупо, — Бен улыбнулся. — Но только поэтому я дал деньги. Если бы оказалось, что тебя в семье используют, я бы просто тебя забрал и увез, а твоя семья сами бы решали свои проблемы.
— Спасибо, — я шмыгнула носом, и выпила сок, чтобы скрыть вновь подступившие слезы. — Но увезти тебе бы меня не удалось, я же не…
— Детка, — он наклонился ко мне через стол, и наши глаза стали на одном уровне, — Ты же да. Ты не представляешь, что я могу с тобой делать, и ты не будешь сопротивляться.
— Ты не поверишь, но представляю, — прошептала я, и когда он сделал движение ко мне, я отпрянула.
— Все же я тебе противен, — он мотнул головой.
— Не ты, а то, чем я пахну, — сказала я, не подумав. Глаза Феба вспыхнули, на губах мелькнула улыбка.
— Значит, я все сделал правильно, — сказал он. — Никому этот выбор и не нужен.
52
— Ты помнишь, что я говорила там, на твоей земле? — Феб кивнул. — Ничего не изменилось, Бенджамин, изменились обстоятельства. Я бы не изменила свое решение, если бы не случившееся.
— А то я не догадался, — он хмыкнул. — Но теперь все так, как сложилось. Доедай, у нас встреча с регистратором в муниципалитете и со священником, которого я выбрал для ведения церемонии.
— Какой церемонии? — внутри все похолодело. — Я думала, что будет гражданский брак.
— Нет. Все должно быть так, как положено. Ты же католичка, я правильно понял твоего отца? — мне стало еще страшнее.
— Да. Но зачем нам венчание? — я никогда не была ревностной католичкой, но всегда считала, что венчание это очень серьезный шаг. — Мы могли бы просто пожениться в мэрии и все.
— Я же сказал, Бруклин, или ты не помнишь? У нас будет брак со всеми вытекающими последствиями. Венчание в Соборе Святого Патрика входит в эти последствия, — я выдохнула. — И гости, и платье, и визитки*, и прием — это тоже они.
— Как скажешь, — я не могла перечить. Я была ему обязана всем, поэтому мне оставалось только смериться, и терпеливо переносить все его капризы. — Только все вопросы по подготовке будешь решать ты, а я возвращаюсь к работе, — совсем недавно я была готова забросить карьеру и любимую работу — я хотела быть просто женой, но не сейчас. Сейчас мне хотелось сделать хоть что из того, что хочу делать я а не Феб.
— Я отдам все дела Александре, — в таком случае лучше бы я сама занималась подготовкой. — Она справится с ними лучше, чем я. А ты собираешься каждый день ездить в Трентон? — он поставил посуду в посудомойку, и развернувшись ко мне, скрестил руки на груди. — Тебе моего водителя не жалко?
— А ты решил, что я буду жить здесь с тобой до брака? — я откинулась на стуле. — Даже не мечтай. Твое желание было брак, а не совместное проживание до него. Так что сегодня я поеду домой.
— Не буду спорить, — Феб поднял руки ладонями ко мне, признавая свое «поражение». — Твое право. Но сначала заявление и брачный контракт.
В муниципалитете прошло все очень быстро — деловая хватка Феба этому способствовала. Разговор с регистратором был по существу, документы Бенджамин приготовил еще в машине, поэтому через семнадцать минут, по словам моего жениха, мы вышли из муниципалитета с датой бракосочетания — четырнадцатое февраля.
— Да ты романтик, женишок, — смеясь, я взяла его под руку, потому что на ступенях был лед. Вообще, мне было приятно идти вот так — прижавшись к Фебу, чувствуя безопасность и защищенность.
— Это была ближайшая свободная дата в моем расписании, невестушка, — он толкнул меня боком. — И лучше в таком тоне не разговаривай со мной.
— А то что? — я хихикнула. Со стороны мы выглядели счастливой парочкой, а на самом деле я не могла понять своих чувств.
— А то вот что, — Бен остановился, и повернулся ко мне. И снова я почувствовала себя маленькой, покоренной девочкой, взглянув в его глаза. Секунда, и я уже целуюсь с Фебом на ступенях муниципалитета, вцепившись в его пальто. Одна его рука крепко держит меня за талию, а вторая ухватилась за волосы, не давая пошевелиться. А я и не стремилась к этому. Поцелуй меня неожиданно захватил, но я в нем полностью растаяла. Где-то в моем подсознании возникла мысль о том, что я хочу с ним целоваться постоянно. Хочу чувствовать его губы, его колючий подбородок, его руки, вот так крепко сжимающие меня, его язык, ласкающий мой. — Черт, — Бенджамин прервал поцелуй и прижался лбом к моему лбу. — Может, ты не поедешь домой?
