Мой гениальный залёт полностью

– Да ну её, – машет рукой Розка. – Она от своего Кострова совсем голову потеряла. Не переживай и прости её. Прибежит, куда денется. Я вчера её Пупсика видела, – снова хихикает моя лучшая подруга. – Пьяный и несчастный. Видать снова муза его покинула. Или бросила. Сбежала, скорее всего.

– Какая разница? – философски замечаю я. – Мне его вообще не жаль. Главное, что у нашей Эльки всё замечательно.

– И то верно, – соглашается Розка.

– Ну-с, мои девочки, – вплывает в салон княгиня Ольга, – как у нас дела?

– Всё хорошеем, – поглаживает Розка себя по животику.

Бабуля Оля довольно жмурится. И вовсе она не страшная – Егор был прав. Мы с ней дружим. Она мне несколько чудных мест подсказала для отдыха во Франции. Так что у нас получился очень плодотворный и продуктивный творческий тандем. Правда, она мне работать запрещает, но в этом княгиню поддерживает два семейства – Ефимовы и Костровы-Тургеневы.

К счастью, дальше ворчания не идёт. Но как это трогательно, когда все хотят помочь! Бабуля, например, так прониклась моим турагенством, что с удовольствием помогла с инвестициями. Особенно, когда я сказала, как оно будет называться. Но это пока тайна. Большая. Знают её единицы. Хочу Егору сюрприз сделать. Думаю, ему понравится.

– А где наше свадебное платье? – крутит бабуля головой во все стороны. – Вообще-то нужно вначале платье, а потом уж причёски и макияж.

Теперь моя очередь хихикать.

Три дня назад мы расстались с Тургеневым. Не навсегда, конечно. А перед свадьбой. Посчитали, что должны немножечко поскучать вдали друг от друга. Ну, и из соображений, что жених не должен видеть невесту до свадьбы.

– Полная ерунда. Чушь, – ныл Егор. – Не хочу отдельно.

Но его особо никто не спрашивал. Большинство постановило, что нужно чуть-чуточку соблюдать условности. Тургеневу ничего не оставалось, как смириться.

Уехал он в отвратительном настроении. А наутро посыльный принёс большую коробку с конвертом.

Это письмо я точно сохраню для потомков. Да и сама буду перечитывать ещё не раз. У Егора такой летящий, стремительный почерк…

«Дорогая Юля!

Нет, не так.

Любимая моя!

Я долго думал, как сделать день нашей свадьбы незабываемым. Перебирал разные варианты, придумывал всякие безумства. Но одно я знал точно: что подарю тебе перед самым торжеством.

Я слышал о всяческих предрассудках, которые женщины передают из уст в уста и которыми пичкают своих дочерей. Например, что жених не должен видеть невесту перед свадьбой. Боже упаси увидеть свадебный наряд…

Но я не мог пересилить себя. Это выше всех предрассудков.

В коробке – платье, с которого всё у нас началось. Я знаю, как ты расстроилась, когда Пашка его у тебя забрал.

Я в курсе, что у тебя уже есть настоящий праздничный наряд, который я никогда не видел. И только ты решишь: надеть его или мой эксклюзив. К нему по новым технологиям и фату сделали – настоящее произведение искусства.

На самом деле, мне не важно, что ты выберешь. Я просто хочу тебя порадовать, вернуть то, что имеет значение для нас двоих. Как символ. Как воспоминание. Как вещь, которая стала судьбоносной.

Люблю тебя, Юль.

Всегда твой Егор».

– А это и есть моё свадебное платье, – поднимаюсь я с кресла. Мягкая ткань облегает меня как вторая кожа. Режет глаза своей яркой жёлто-зелёной красотой. Из дырки нагло выглядывает мой живот с тройней, но я кажусь себе очень красивой. Осталось несколько штрихов. Фату, например, надеть и закрепить.

– К-как свадебное?! – округляет в ужасе рот бабуля. – Мы ж красивое подобрали!

– Да, – склоняю я голову. – То красивое, а это – бесценное. Самое лучшее. И я ничего не буду менять, потому что… платье выбрало меня. Егор выбрал меня. Я выбрала платье. Всё просто. Иначе никогда бы не случился со мной мой гениальный залёт.

И вижу: бабулю проняло. До слёз. Вот и славно. Вот и хорошо. Как здорово, что она не возражает. Но где-то там гремит дверь, бьётся стекло, кто-то ругается.

Что ещё прекрасного случилось в самый важный для меня день?