За воспоминанием о вопросе БэГэ последовали и другие. Я вспомнила, как сказала, что лучше бы в первый раз сделала это с ним. Он, конечно, бриттов озабоченный извращенец с дурацким чувством юмора, но я его отчего-то не боялась. И — что уж там скрывать — он мне немного нравился. Если бы я попросила остановиться его — он остановился бы, я уверена. И может быть, его и только его я не попросила бы остановиться…
Я буду скучать по нему, пожалуй.
Дождь моментально намочил волосы, я ойкнула, а в следующую секунду над головой заколыхался тугой купол ярко-жёлтого зонта.
— Не успел, — раздался ожидаемо-неожиданный голос сайена Брагерта. — Был уверен, что ты как всегда где-нибудь застрянешь и будешь опаздывать.
— Да я опоздала к вам всего один раз! — возмутилась я, и только потом повернулась, скептически разглядывая куратора: Брагерт в чёрном длинном плаще и ярком бордовом шарфе вокруг шеи, с влажными, забавно прилипшими ко лбу волосами выглядел… непривычно. Но смотрел знакомо, с извечным саркастичным прищуром:
— Решила помереть красиво и аристократично, от воспаления лёгких?
— Ничего красивого в лёгочных хворях нет, — буркнула я. — Как и в любых других. И помирать я не собираюсь. Подкоплю денег, найду этих уродов и лучше их всех отравлю.
— Какие знакомые мысли… Возьми меня в команду? — он ненавязчиво подхватил меня под локоть. — Прости, это исключительно необходимость, иначе мы не влезаем под один зонт, и я становлюсь ещё более мокрым, чем Салли-с-тремя-подбородками в моём присутствии.
— Фу, — сморщилась я. — Следите за своей речью, вы педагог или где? Сайен Гнобс… — я остановилась, вынуждая остановиться и его. Мимо сновали редкие прохожие, мерно цокали лошади и громыхали экипажи, а несчастный лысый грузчик с непокрытой, блестящей от влаги головой тащил гружёную овощами телегу, спотыкаясь на каждом кирпичике мостовой. — Мне кажется, или вы меня преследуете? Послушайте, это лишнее. Я не собираюсь кончать с собой. И жалеть меня больше не нужно. Вы очень много для меня сделали, на самом деле, вы искренне меня предупреждали, и я очень благодарна, что вы меня вчера выслушали и посочувствовали мне, но… Подождите, куда вы свернули, нам же не туда?!
— Бла-бла-бла, бла-бла-бла, — передразнил он. — У меня к тебе есть одно дело. Так что идём, всё равно тебе делать нечего, бездельница, я же знаю. Верну тебя потом в целости и сохранности, не беспокойся. Впрочем, возможно, оставлю себе как редкий, почти музейный экземпляр исключительной криворукости. Так отвратительно резать лимоны просто невозможно без врождённого таланта…
— Куда мы идём? — я попыталась вырвать руку.
— В ресторан.
— Куда?! Вы с ума сошли, у меня нет сил, у меня нет денег, я не хочу, я лохматая, я в рабочей форме, я не успела переодеться!
— Это деловой ужин, а у тебя вполне деловой вид. Что касается денег — забудь, раз мы расторгли соглашение, я же должен расплатиться с тобой за массаж? Боги, Грэтс, я же не на свидание тебя зову!
— И в мыслях такого не было, — буркнула я.
«Ресторан» оказался небольшим, но очень уютным, и располагался всего в четверти часа пешего хода от Академии магического поиска. Однако обслуживали там на уровне: служка на входе трепетно принял моё старенькое пальто и не скривился при виде затрапезного вида посетительницы с промокшими волосами в зелёном больничном платье. На моём фоне БэГэ смотрелся торжественно и даже нарядно. Видимо, он что-то понял и сам, и, когда я отлучилась в женскую комнату привести в порядок растрепавшиеся волосы, словно из ниоткуда рядом появилась девушка-служащая с небольшим полотенцем и расчёской. Я привела себя в порядок и вернулась, намереваясь таки призвать Гнобса к ответу, зачем он носится со мной, как с драконьим яйцом, но БэГэ неожиданно оказался не один: рядом с ним сидел дородный мужчина лет шестидесяти с седыми бакенбардами и усами, забавно закрученными в колечки.
Вероятнее всего, у Гнобса тут назначена встреча, а я просто подвернулась по дороге, вот и…
— Знакомьтесь, — Брагерт поднялся и отодвинул стул, вынуждая меня сесть и оскалиться в подобии дружелюбной улыбки, — Эта угрюмая красавица и есть та самая Фенрия Грэтс, о которой я рассказывал. Фенри, это Амалий Дорн, самый известный в Алкетоне специалист по душевным болезням и всяческим отклонениям. Он тебя непременно вылечит!
У меня непроизвольно расширились глаза.
— Сайен Гнобс…
