— А это сейчас кого-то забрали на опыты. Незавидная у дружка судьба.
— Как долго ты здесь уже находишься? — поинтересовался Бондрюд. Ему надо хотя бы понять, когда и ему придётся отправиться в путешествие, по всей видимости, в один конец.
— Не знаю. Может, пару циклов. А может, ещё меньше. Здесь за временем не уследить. Сам понимаешь.
Несмотря на положение, девушка напротив него не выглядела отчаявшейся. Здесь все молчали, никто не говорил, хотя каждый мог бы слышать их разговор. Либо ни у кого не было настроения говорить, либо же… Каждого из несчастных одолевало сильнейшее отчаяние.
Их можно понять, ведь выбраться отсюда едва ли получится, кроме как оказаться на операционном столе.
Откинувшись спиной на стену, учёный начал размышлять. С нынешними возможностями ему не удастся сбежать отсюда, да чего уж там, даже выжить будет тяжело… Он не собирался гнить здесь до скончания веков. Наверное.
Одна часть учёного умерла ещё в момент взрыва Земли, а другая пыталась не унывать и искать способы побега. И с каждым часом или днём, неизвестно, его надежды на освобождение таили. Из такого заключения уже никому не сбежать.
Бондрюд пробудился неожиданно. Из-за чрезмерных раздумий его рассудок слишком переутомился, потому он пропал во сне. Но пробудился не потому, что хорошенько поспал, нет, совсем из-за другого.
Перед его камерой стоял солдат. Он несколько отличался от тех, что напали на его мир. Обладал более объёмной бронёй и размерами, а ещё за спиной узнавался плащ бирюзового цвета.
Он молча смотрел на него, после чего махнул рукой:
— Вставай.
Раздался его басистый голос. Учёный даже не сразу понял.
— Вставай. — повторил солдат без каких-либо эмоций.
Что-что, но по ощущениям его время настало слишком быстро.
— Жаль. Тебе не повезло. — раздался голос его знакомой. — Ты единственный за последнее время, с кем мне удалось нормально поговорить. Будет скучно без тебя.
Владыка зари поднялся на ноги, затем его схватили за руку и чуть ли не выбросили из камеры. Не успел он очнуться, как его уже заключили в своеобразные наручники, что не позволяли ему нормально двигать руками, да и в целом передвигаться стало гораздо сложнее, словно эти наручники сковывали не только руки, но и само тело.
Впервые за всё время Бондрюд увидел яркий свет. Сначала ему показалось, что он вошёл в абсолютной белый свет, но затем глаза наконец привыкли и… Он обнаружил себя в помещении. Большом таком, пестрящим технологиями. Везде стояли какое-то оборудования, склянки, капсулы. Что-то где-то тихо гудело, слышались пиликающие звуки.
В отдалении от него виднелись личности в белых халатах, что о чём-то переговаривались, глядя на экраны.
Одним словом, это лаборатория. Только намного более совершенная и лучшая, чем таковая была у него самого. Сколько бы Бондрюд не пожирал своим взглядом предметы здесь, раскусить принцип их работы не удавалось. Он совершенно не понимал окружающего мира, слишком высокие технологии. Он попросту столкнулся с недостатком знаний. Хотя, если дать ему разобрать хотя бы что-нибудь здесь, станет намного понятней.
Впрочем, никто ему такой роскоши не позволит.
Солдат его вёл строго по заданному маршруту, как какой-нибудь робот. Шёл твёрдо и уверенно к одной из дверей белого цвета.
Вот и оно. Ему открылось ещё одно помещение с полностью белыми стенами, потолком и полом… Выглядело очень странно. А на фоне всего этого располагались предметы разных цветов, что весьма и весьма выделялись на фоне всей это белизны.
Ну и ещё его тут встретила она. Великий ум Распада Клифота.
— Ах. Тебя уже привели. — заприметила она его, отвлёкшись от чего-то у себя на столе. — Это хорошо. Оставь нас. — махнула она рукой на солдата.
Тот слегка поклонился и покинул их. Дверь закрылась. Они остались одни.
— И чем же я могу помочь вам? — начал разговор Бондрюд.
— Ты не из робких. Мне это нравится. А ещё глаза умные. Уверена, при любом удобном случае попытаешься узнать о чём-нибудь побольше. — Калит обошла его вокруг. — Хм-м… Странное у тебя тело, явно искусственное. Продлил себе жизнь?
— Может быть.
Властелин рассвета не мог рассказать ей о всех своих секретах. У него таковых и так осталось немного, потому их стоит хранить ещё лучше, чем раньше.
— Я всё равно об этом узнаю. Нас ждёт много экспериментов. Ты же не возражаешь, да? — женщина подошла к одному креслу, над которым болтался какой-то причудливый шлем. — Сядешь сюда? Хочу поисследовать для начала твои мозги. — она указала рукой на кресло. — Прошу.
Вариантов не было. Мужчина уселся. Ему сразу же на голову надели этот недошлем, после чего за его спиной встала Калит.
— Не беспокойся, больно не будет. С нашими технологиями можно смотреть на всё необходимое без всяких опасных манипуляций. Единственное, ты можешь сойти с ума, если что-то пойдёт не так. Понял? — объясняла она, после чего Бондрюд ощутил на себе какое-то странное влияние.
