— Ты где? — вместо приветствия спросил Кларский у приятеля. — Убежали вместе с Смерчинским? Ну, вы даете. Черт, мне не повезло. Найду этого кабана — урою… Да, нас уже… выпустили. Как? Ну, ты же знаешь, мой братишка постарался. Я его адвоката видел у ментов. Только как он про все узнал — не представляю. Не, Димас, не говори никому про него, просто скажи, что у меня родственник… мент, он отмазал. Да. Что там Смерчинский передает? Хорошо, я провожу ее, скажи ему, чтобы не беспокоился. А где белобрысая? А белобрысая свалила куда-то с парнем в очках. Пока.
— Эй, ты, тебя провожу до дома, — отнюдь недобрым голосом окликнул Ник медленно удаляющуюся девушку, которая от усталости едва ли не шаталась.
— Спасибо, не надо, — отказалась она тут же.
— Я сказал, что провожу, значит, провожу. Дэн поспросил позаботиться о тебе.
— Дэн? — загорелись глаза Ники восторженным огоньком. — Но…
— Хватит со мной спорить, заткнись. — Рявкнул на нее злой Никита. — Шагай за мной и не отставай.
И он поспешил на остановку быстрым шагом, а девушке пришлось очень постараться, чтобы не отставать.
«Гадина, — думала про себя она, — раскомандовался, хлыщ. Злой, как удод. Ха, наверное, потому что голодный!! Голодный мужик — никчемный мужик». Почему-то это ее рассмешило. Но как только она захихикала в спину Кларского, парень обернулся и сказал:
— Ты понимаешь, что значит слово «заткнись»? Если нет, я куплю скотч, и замотаю твою ротик, принцесска.
Возмущению девушки вообще не было придела. К тому же она отчего-то думала, что этот парень, стоящий из себя крутого мэна, поймает такси или попросит приехать каких-нибудь не менее крутых друзей за ними, но он предпочел поехать на обычном автобусе! Окрестностей, как оказалось, он тоже не знал, и спрашивал дорогу к остановке у каких-то подозрительных личностей, курящих на лавочке. То, как он выглядел после драки, парня явно не волновало. Он закинул пиджак на плечо и просто шел вперед, не обращая ни на что внимание.
На остановке Никита сухим голосом разузнал ее точный адрес и мрачно пообещал доставить Нику домой живой и невредимой. Она тут же подумала, что Кларский (идиотская фамилия!) очень сожалеет, что доставит ее домой именно в таком виде, а не предварительно поиздевавшись.
В автобусе они тоже молчали, усевшись на двойное сидение, стараясь друг друга не касаться. Вернее, старалась девушка — отодвинулась на самый край. Ник вообще не обращал на нее внимания. Уставился в окно и вновь принялся о чем-то думать.
«Голова лопнет, — злорадно сказала по себя Ника, почему-то с замиранием сердца вспоминая, как близко находилось его лицо от ее в машине, — Эх, Дэн-то совсем другой… Нежный и милый, а этот… огрызок общества. Кретин! Ну, ничего, я твоей Оленьке позвоню, поприкалываюсь! Расскажу, как ты он по отделениям шляется».
— Деньги есть? — спросил перед выходом из автобуса Никита у светловолосой спутницы.
— Есть.
— Вот и плати за себя. — Обрадовал он ее и первым направился к выходу.
— Козззел.
Но Ник сдержал слово — проводил девушку прямо до ее подъезда. Жила она в огромном двенадцатиэтажном панельном доме. А его дом, кстати говоря, находился на соседней улице, совсем недалеко.
Пока они шли к ее дому по длинной дороге, вдоль одной стороны которого располагался двор с кучей новеньких качель и турников с весившими на них гроздьями бананов весели орущие дети, Ника встретила подружек, с которыми иногда гуляла.
— Это твой парень? — тут же заинтересовались девчонки, глядя на высокого, симпатичного Кларского, выглядевшего после драки не элегантно, а потрепанно и как-то даже по-хулигански, но все же «интересно», по их мнению.
— Это мой канвой, — отшутилась Ника.
— Какой канвооой…
— Не отставай, — бросил ей парень, которого незнакомки, заигрывающие с ним взглядами, раздражали.
Ольга очень отличалась от этого сорта девочек-однодневок. Очень.
— Пока, мы спешим, — распрощалась Ника с подружками и, бросив на спутника сердитый взгляд, пошла дальше.
Около подъезда Карловой они остановились друг напротив друга.
— Топай домой.
— Ага. Спасибо, — отвечала ему Ника, невероятно обрадованная тем фактом, что сейчас, наконец, попадет домой, в свою мягкую кроватку… нет, сначала в горячую душистую ванну с пенной!
— Ты сказала это не искренне.
— Почему?
— Потому что я знаю это.
— Иди на фиг, знающий, — дерзко отвечала Ника, готовясь сбежать в подъезд. Но у нее это не получилось. Кларский перехватил ее за руку и развернул к себе.
— Глупая дешевая девчонка, — он резко взял ее за подборок. Ему просто захотелось немного поглумиться над той, чье имя было похоже на его собственное. К тому же светловолосая обладательница зеленого платья продолжала безмерно его раздражать, — будешь мне дерзить, и я вернусь. И буду не таким добрым.
— Отпусти меня. Я… я не хотела этого говорить, — холодные глаза парня вновь напугали вообще-то смелую девушку.
