— Хотела. — Не сомневался Никита, не найдя ничего умнее, как приблизить девушку к себе. — Ты думаешь, проводив тебя, я стал добрее? Ты мне понравилась во время нашего совместного похода в «ментуру»? Я возжелал защищать тебя от каждого придурка? Нет, маленькая моя. Если ты хотя бы на секунду подумала так, прикуси язычок. Боль помогает вернуться в реальность. Меня просто попросил об услуге Смерчинский. А мне нужны хорошие отношения с этим парнем, вот и все.
— Я, правда, не хотела. Отпусти.
— Иди, живее, — резко оттолкнул ее от себя Ник, уже и сам не понимая, почему так «вежливо» обращается с этой глупой пустышкой. Она тут же скрылась за тяжелой дверью, но через минуту вновь разозлила Кларского. Теперь уже точно специально.
— Эй, ты, — заорала в подъездное окно второго этажа Ника. — Ты, окурок!! Это тебе!
Ник сердито обернулся, поднял взгляд, и она, радостно заржав, показала ему сразу два средних пальца, вытянув руки в окно.
— Nзапрещено цензуройN! — бросил в ответ Кларский и с размаху пнул ногой по попавшемуся на его пути камешку. Тот отскочил и ударился о капот припаркованной поблизости оранжевой, явно женской, машины, которая тут же дурным голосом взвыла. — Вот… дура.
— Это тебе!! Чтобы тебя гопники поцеловали, Клара!
— Чтобы я тебя больше не видел, кретинка! — заорал парень Нике, продолжающей с довольной улыбкой торчать в окне и показывать ему не совсем цензурные жесты — только теперь нахально вскинув одну руку через локоть другой.
— Я тебя тоже люблю, олух! — Завопила девушка. — Дебил! Жадный козел!
А Ник, больше не поворачиваясь, быстрым шагом направился по дороге вперед, не замечая, как тихо подъехала к подъезду Карловой хорошо знакомая черная «БМВ» Через некоторое время парни, сидящие там, знали точный адрес Карловой, а также много полезной информации как о ней самой, так и о ее семье. Бабушки во дворе охотно делились информацией. А потом довольный жизнью водитель автомобиля позвонил Кларскому-старшему.
— Привет, мы узнали адрес крошки малого. Записывай…
Пока мы сидели на школьном дворе, разговаривали, нервно смеялись и, конечно же, переживали за тех, кто попал в загребущие руки милиции, всех задержанных отпустили. Об этом сообщила все та же Инга, вновь позвонив Дэну. Тот, кстати сказать, слегка прибалдел. Его друг-юрист еще не успел приехать в отделение, а всех уже выпустили! Даже пары часов для порядка не продержали, не то, чтобы штрафы выписали или еще как-нибудь наказали!
Оказалось, ребят отпустили, потому что какой-то родственник Ника оказался ментом — об этом рассказал уже Димка, когда ему почти в этот же саамы момент перезвонил Кларский. Неделю назад это меня, скорее всего, восхитило бы — мои предки ведь тоже в милиции работают, и я подумала бы, что это, так сказать, знак свыше, но теперь я просто обрадовалась, что этот факт помог ему и остальным выйти.
— Попроси его проводить Нику до дома, — попросил Дэн Димку, пока тот разговаривал с Никитой по телефону. Он кивнул и передал просьбу Кларскому.
— А кто это такая? — мигом заинтересовалась я.
— Да так, знакомая, — поморщился Смерч. — Я их с Ником из клуба вез.
— Вот как? А она больше твоя знакомая или больше знакомая Ника? — нахмурились во мне головастики-собственники.
— Наверное, больше моя. А, хочешь, я тебе цветов куплю? — заговорщицки прошептал парень. — Взамен утерянных?
— Хочу. — Не стала отказываться я, но все же взяла на заметку какую-то там Нику. — Мне на цветы вообще не везет…
— Договорились, Чип.
— А с чего ты такой добренький?
— Я чувствую себя виноватым перед своим мелким Бурундуком, — невинный взгляд устремился на небо. Я подозрительно посмотрела на Смерча, но промолчала.
Рокеры, узнав, что их длинноволосых друзей выпустили (те тоже им звякнули), распрощались с нами, как с родственниками, крепко пожав парням руки и осторожно похлопав меня по спине, и на радостях пошли пить пиво, гогоча на всю округу. Как я поняла, они вновь хотел воссоединиться с «потерянными» друзьями, чтобы вечерком сходить еще куда-нибудь.
Мы вновь остались втроем: я, Димка и Денис. А, да, над нами еще светило солнце, и оно же сопровождало нас до машины Дэна. Почему я приплела сюда солнце? Потому что оно стало моим спутником.
Как известно, если в компании три человека, то двое из них объединяются против третьего. Вот Смерчинский и Чащин умудрились объединиться. Спелись, гады. Они, соблюдая нейтралитет, вели себя довольно спокойно и дружелюбно и дружно подкалывали меня, как будто бы это я только что устроила разборку с рокерами.
Я возмущалась и спорила с ними, но внутри на самом деле была обеспокоена происшедшим в кафе, поэтому роль «третьего лишнего» поддерживала старательно. Пусть уж парни ко мне пристают с шуточками, чем друг ко другу. А то устроят еще и между собой драку, я явно разнимать их не полезу, и, в конце концов, мы все втроем окажемся в том же самом «обезьяннике», откуда только что ускакали Ник и рокеры, вырученные родственником Кларского. Хм, интересно, если у него кто-то из родственников — мент, знает ли он моего отца? А, ладно…
