— Я не хочу говорить много слов о любви. Потому что говорить о ней не нужно. Ее нужно чувствовать. — Голос Дениса стал печальным — и я знала, что это, скорее всего, понимаю только я, но сам он улыбался. — Я просто хочу сказать: поднимете эти бокалы за то, чтобы любовь Федора и Анастасии была вечной. Не имеет смысла любить, если не имеешь намерения сделать эту любовь вечной. Плюем на пафос — за любовь в вечности. — Дэн на мгновение запнулся, опустил взгляд и произнес строки из знаменитого романа-завещания Булгакова. — «Смотри, вон впереди твой вечный дом, который тебе дали в награду. Я уже вижу венецианское окно и вьющийся виноград, он подымается к самой крыше. Вот твой дом, вот твой вечный дом. Я знаю, что вечером к тебе придут те, кого ты любишь, кем ты интересуешься, и кто тебя не встревожит. Они будут тебе играть, они будут петь тебе, ты увидишь, какой свет в комнате, когда горят свечи. Ты будешь засыпать, надевши свой засаленный и вечный колпак, ты будешь засыпать с улыбкой на губах. Сон укрепит тебя, ты станешь рассуждать мудро. А прогнать меня ты уже не сумеешь. Беречь твой сон буду я.» Берегите свои сны, ребята. — И он поднял бокал вверх, словно салютовал им. Остальные немедленно присоединились к Дэну, и комнату наполнил звон соприкасающегося хрусталя.
— Ну, ты и оратор, — присвистнул дядя. — Силен сочинять.
Федька тоже прибалдел — он с литературой как-то не очень дружен. Настя произнесла задумчиво, что «где-то это точно слышала». А я, взглянув на стоящего с абсолютно прямыми плечами Смерча, почувствовала вдруг, что в сердце меня что-то укололо.
«Почему нам его так жааалко?», — грустно спрашивали головастики.
«Дэночка, мы с тобой!», — твердили другие.
«Но это все лишь тост!», — возмущались третьи.
«Ему больно! Ему плохо! Он не зря говорит эти слова!», — наперебой утверждали третьи.
Надо обязательно узнать о прошлом Дэна. Сейчас мне кажется, что его прошлое не такое идеальное, как он сам. И это чувство внезапной жалости, которое вызвано во мне какими-то загадочными субъективными причинами… что оно значит?
— Это Булгаков! — вдруг тоненьким голоском вскричала старушка в шляпке. — Это бессмертное его творение! Это слова Маргариты своему Мастеру! Браво, молодой человек! Браво!
— Ни фига ты, — встрял Бритые Виски, который отнесся ко всему этому, как к чепухе, — такое наизусть помнить? Спецом учил к тосту что ли?
— Нет, само запомнилось, — отозвался Смерч.
— Само? А тогда ты не показался мне таким умным, — расхохотался Рафаэль.
— А вы что, знакомы? — спросила Настя удивленно.
— Слегка, — кивнул ее брат, поняв, что сболтнул глупость. — Не поверите, сегодня виделись.
— Это как? — живо заинтересовалась тетя Лина. — Расскажите нам! Денис, вы, правда, сегодня виделись?
— Ну, можно назвать это и так. — Медленно кивнул Смерч.
И эти два балбеса стали рассказывать какую-то безумную историю, перевратую как только можно и нельзя. Правда, я в этом тоже приняла участие.
— Мы с Марией пошли в кафе, — начал Дэн, откинувшись на спинку стула. — Чтобы немного побыть вдвоем. Маша любит мороженое, а я люблю, когда Маша довольна. А в этом кафе мороженое просто великолепное. Мы сидели с ней за столиком и разговаривали о… вечном.
— А я там тоже был со своим другом, — вклинился Эль. — У него удачно прошла предзащита диплома, и мы решили отпраздновать это двумя-тремя… кусками пиццы.
— Мой Рафаэль не пьет. Вы же видели? — гордо сказала всем Лина Антоновна. Настя только глаза закатила, зато прочее тут же стали хвалить ее сыночка, как недавно Дэна.
— Мы сидели, культурно кушали, обсуждали дев… диплом моего друга. И тут какие-то последние ублюдки начали приставать к девушке, — оказалось, Бритые Виски умеет иронизировать над самим собой. — Кошмарные типы. Я и мой друг Скайд…
— Хороший мальчик! — опять вклинилась тетя Лина не к месту. — Учиться на физика и спортом занимается!
— Так вот, я и мой друг Скайд решили вмешаться и защитить эту девушку. Потому что больше никто из парней в кафе этого делать не хотел. Мы встали и подошли к придуркам, державшим ее на коленях и нагло к ней пристававшим. — Продолжал глумиться Рафаэль, но я его перебила.
— А мы с Дэном видим, как эти придурки говорят Рафаэлю и этому Скайду: «Проваливайте, а то мы вас изобьем!». И тогда они решили посовещаться, и отошли. — Выдала я под одобрительный взгляд Дэна, болтающего в своем стакане сок со льдом. — Нет-нет, они не испугались, — запротестовала я бурно, видя, как мужчины за столом удивляются такой реакции. — Рафаэль и его друг Скайд просто отошли подумать, что им делать дальше. Противники-то сильные оказались. Куча… эээ… рэпперов пьяных и накаченных. А девушка та чуть ли не плачет. И никто ее не может защитить. И тут мой Денис как встанет и подойдет к ее обидчикам…
