Будущая невестка неизвестно кого моментально обернулась. Напротив нее стоял довольно высокий подтянутый светлоглазый блондин лет двадцати семи, с загорелой кожей, коротким волосами и легкой небритостью на слегка впалых щеках. В руках у него была раскрытая книга (кажется, "Бойцовский клуб" Чака Паланика) и очень дорогой мобильный телефон с гарнитурой, крепящейся к его уху. На его крепких предплечьях, облаченных в безрукавку, виднелись татуировки — но не цветные и яркие, как, скажем, у Черри, а сине-черные, с "сухими" рисунками: рукой, сжимающей заостренный кинжал, обмотанный проволокой, череп, в котором горела длинная свеча, какие-то надписи из пары букв на латинском; где-то на ключице мелькнула восьмиугольная звезда. Но долго в тату девушка не вглядывалась. Окинув разукрашенные бронзовые плечи любителя Паланика беглым взглядом, она внимательно стала всматриваться в лицо этого человека, пожелавшего встречи, и неожиданно ей показалось, что когда-то она его уже видела. Вот только когда и где?
— Невесткой? — наконец, выдавила девушка. Она перестала понимать, что такое твориться вокруг нее.
— А кем еще? Зная своего брата, я думаю, что он жениться на тебе. — Улыбнулся светловолосый незнакомец с книгой опешившей Нике. — Я — Андрей, но все они зовут меня Мартом. Старший брат твоего друга. Приятно познакомиться, Ника.
— Друга? У меня нет друга. — Отвечала Ника. Сердце, которое взяло пару минут, чтобы передохнуть от нервно потрясения, вновь разрыдалось, одновременно хохоча. Ее парень, с которым они встречались полгода, успешно уехал в другой город, где и нашел себе новую девушку, послав Карловой смс-извинение, а Ника, позлившись и порыдав, уже больше года присматривалась к молодым людям в надежде найти вторую половинку, но, увы, не находила. Единственной ее надеждой были Дэнни, однако, и с ним не получилось, хотя тянуло в тот вечер ее к нему просто со страшной силой. Наверное, во всем были виноваты весна и гормоны.
— Я же сказал, не перечь, — велел ее провожатый, легонько встряхнув за плечи.
— Эй-эй, — сузил глаза Андрей, — не трогай мою Нику. Давай, сделай пару шагов назад и замри. Молодец, брат. Теперь смотри на нее.
— А? — не понял тот, явно удивившись. — Зачем, Март?
— Смотри, Радик. Смотри на нее и запоминай, — Андрей подошел к девушке, осторожно взял за плечи и развернул ее лицом к удивившемуся охраннику, и, проводя рукой вдоль лица замершей Ники, но не касаясь его, произнес мягко-мягко:
— Запоминай. Это — подружка малого. Любимая девочка моего младшего братишки. С ней ты обращаешься нежно и чутко, как с королевой Англии. А если я узнаю, — голос его стал совсем добреньким, — что эту милую девочку обидели нехорошие и злые вы, я проведу с вами длинную воспитательную беседу в подвале этого чертова особнячка. Ясно, брат?
— Ясно, Март, — торопливо отвечал второй мужчина, закивав. — Все ясно. Не кипешись. Я все понял, Март, я скажу об этом братве.
— Будь добр. Иди, оставь нас наедине, — тут же велел ему человек со странным именем Март. — Ника, прости за представление. Просто я подумал, все эти люди тебя напугали. Напугали ведь?
— Немножко, — соврала девушка. Ей казалось, что если она скажет ему, что ее напугали до дрожи в коленах и до трясучки всех нервных окончаний, Андрей сделать ей что-нибудь неприятное. Или не ей, а тем, кто ее привез сюда.
— Бедная моя девочка, да ты бледная. Они точно не напугали тебя? Ты знаешь, у этих парней трудная работа. Поэтому слово тактичность для них всего лишь пустые звуки. Пройдем к бассейну, там есть очень удобная беседка. — Предложил Андрей с улыбкой человека, который хотел бы научиться извиняться, и находиться в процессе этого обучения. И через минуту нервничающая и все еще испуганная Ника сидела в изящной ажурной беседке за столиком, напротив голубого небольшого квадратного бассейна, обложенного белым и синим кафелем.
"Он меня утопит?", — опять подумала она.
— Так вот как выглядит девушка моего братишки, — продолжал изучать Нику Март, усевшись напротив нее и сложив руки на стол, сцепив в замок. — Ты мила. Очень мила. И какая у тебя интересная заколка. А ты оригинальна.
Ника, встрепенувшись, вытащила из волос оранжевую расческу, про которую совершенно забыла.
— Ой, блин, это нечаянно! — Сглотнув, отозвалась девушка. Испытав так много страха, она не испытала должного волнения из-за какой-то расчески. — Я убиралась и заколола волосы первым, что под руку попалось. — Пояснила она, торопливо разглаживая волосы. Одета она, была, конечно, "элегантно": спортивный костюм, старые кроссы, расческа в волосах, полное отсутствие украшений — все они остались на полочке в ванной…
— Сама непосредственность, — улыбнулся ей Андрей. — Хочешь пить? Пиво, виски, вино?
— Сок, если можно…
— Не пьешь алкоголь?
— Да, — нагло соврала Ника. Хотя, честно говоря, алкоголь она и правда, не слишком любила. Вчерашний день, скорее, исключением из правил. А все из-за Укропа.
— Отлично. Виноград или апельсин?
— Эээ… Виноград.
