— Так ты про него говорила? — спросил злой, как черт, Евгений. Он вдруг понял, что бывшая девушка не лгала.
— Даааа, мы давно встречаемся… Я тебя тоже обманывала, — Лидия рассмеялась. Лена только глаза шире раскрывала.
— Больше не будете! — Рявкнул вдруг Женя. — Слушай, человек, не знаю, кто ты такой, но отдай ее мне по-хорошему и проваливай. Ясно, урод?
— Что-что-что? — склонил на бок голову Смерчинский.
Из собственного клуба Петру еще никто не говорил проваливать, даже намеки не делал, ну, кроме, опять же собственного дедушки, а уродом его даже и Даниил Юрьевич не называл. Гордость парня была задета.
— Что слышал, козел. — Обычно спокойный Женя становился все агрессивней. А голос бывшего, но, бесспорно, любимого до сих пор парня Лиды, заставлял вилку в сердце все сильнее и сильнее разрывать его.
— Да я, собственно, не козел. Это ты у нас мачо с рогами. — Улыбнулся Евгению, как лучшему другу, Петр. До него дошло, что это бывший черноволосой.
Внутри у Лиды начала плавиться лава, но она все продолжала плавным и сонным голосом:
— Он дарит мне все, что я хочу…
— Вот невезуха, — пробормотала Ленка. Ей стало понятно, почему одноклассница молчала о том, какой у нее друг — сам владелец этого нехилого местечка. В таком случае и она бы молчала. А сначала она, Лена, подумала, что у Лиды вообще никого нет, и она, как всегда, старается просто показать себя в выгодном свете, болтая, будто бы несвободна.
— Он без ума от меня, — продолжала с легкой улыбочкой Лида. — Сладко-сладко меня целует. И это… нежно обнимает.
Петр фыркнул. Он не припоминал за собой такого. Нет, в своем кабинете он точно с ней что-нибудь сделает. И совсем не нежно.
— Так, отдавай ее мне, — прокричал, едва ли не перекрывая музыку, Женя. — Лида, не будь дурой!
— А что мне быть дурой? — вдруг трезвым голосом сказала она. Действие "Феи" стремительно улетучивалось, и девушка все отчетливее и отчетливее осознавала реальность. Правда, у нее жутко начинала болеть голова. — Ты меня бросил, а он носит меня на руках.
— Носит на руках? — бровь Жени взметнулась вверх, а в голосе появился сарказм. — Этот недомерок? А поднимет? Ростом-то не вышел девушек на руках носить.
Вот тут Петр не на шутку вскипел. Он резким движением поставил коктейль на барную стойку и усадил Лиду на стул обратно. Девушка-администратор, стоявшая тут же, и еще один охранник "Алигьери" переглянулись. Не самый добрый и милосердный нрав мстительного и расчетливого Петра Смерчинского знал весь персонал, а также его коллеги, партнеры, знакомые и малочисленные друзья.
— Малыш мой, ты понимаешь, что ты несешь? Скажи мне "прости", и я, так и быть, забуду этот инцидент, — процедил сквозь зубы хозяин клуба. Любые упоминания о том, что он не так высок, как ему хотелось бы, бесили.
— Иди ты, — послал его Женя, кстати говоря, парень достаточно высокий, и этим в свое время и сразу привлекший внимание Лидии. — А ты понимаешь, с кем ты разговариваешь, гномик? Ты знаешь, кто я и что я и мои друзья тебе сейчас сделаем? За то, что ты позарился на чужую девушку.
Молчаливый приятель Евгения только кивнул. Они сегодня собрались большой компанией, и парней было много. Ребята ничего не боялись.
Обстановка наклонялась. Петр не на шутку разозлился — его унизили на глазах гостей самого привилегированного зала "Алигьери" и персонала.
— Значит так, — обернулся он к охраннику, — зови коллег и пусть они препроводят этого доброго молодца, скажем, в подвал. А ее, — кивнул Петр на Лиду, — доставь в мой кабинет. Ясно?
— Да, Петр Андреевич. — Кивнул охранник и вызвал по внутренней связи "коллег". Те явились уже через минуту. А за это время ничего не понявший Женя уже не без помощи друга еще пару раз намекнул Смерчинскому-младшему о росте, сказал пару-другую крепких ругательств и попробовал забрать ослабшую Лиду с собой. Она, зачем-то схватив все тот же злополучный коктейль "Карри", даже и не пробовала сопротивляться.
— Детка, верни девочку обратно, — предупреди его злой Петр.
— Ты мне сказал "детка"? — не выдержал обозленный вконец Евгений, начавший вдруг дико ревновать девушку к этому наглому типу, передал брюнетку другу и ударил Петра в лицо. Удар получился хорошим, и Смерчинский едва не упал. Из носа тут же пошла кровь.
Почти сразу же Евгения схватила прибывшая охрана и отконвоировала вместе все с тем же другом куда-то вниз. Его друзья, которые не пребывали на танцполе, попробовали вступиться за молодого человека, не поняв, что происходит, но один их охранников, мужчина бритоголовый и с абсолютно пустым взглядом, вытащил на свет пистолет и тем самым остановил вполне возможную драку между гостями клуба и его персоналом. Внешне спокойный Петр, бешенными от ярости глазами окинул высокую крепкую фигуру Евгения и утер кулаком кровь из носа. Он взглянул на ошарашенную и до сих пор пьяную Лиду, кивнул оставшемуся охраннику, чтобы тот притащил ее в кабинет, и пошел следом за остальными секьюрити. На его губах играла неприятная, воистину змеиная улыбка.
— Девушка, пойдемте в кабинет босса, — легко поднял Лиду накаченный охранник.
