Дэн отключил сотовый и еще почти минуту слушал тишину. Она… почувствовала, что с ним случилась беда? Почему Бурундучок так волновалась, ведь она ничего не должна была знать. И голос у нее был не только злобный, но и обеспокоенный — парень отлично чувствовал любые проявления эмоций у Марьи. И сны ей снились плохие… С чем это связано? Почему ее интуиция вдруг стала такой яркой? Потому что она действительно любит его? Не смотря на то, что он такой идиот? Бесцеремонный, ветреный, слишком самостоятельный и катастрофически внезапный?
Дэн прикрыл глаза. Голова все еще слегка кружилась после наркоза. Анестезия прошла и теперь он чувствовал довольно ощутимую тягучую боль в животе. Она усиливалась от любого движения. Поэтому даже дышать парень старался тихо и медленно. А когда разговаривал с Машей, не удержался и засмеялся, услышав ее милый голос, и от этого боль старой сильной, но он терпел. Его девочка не должна узнать, что с ним что-то не так. Ей незачем волноваться. Она должна быть ограждена от неприятностей и проблем. Она — его девушка. Теперь точно его. Одну когда-то он защитить не смог. Но эту защитит точно. Ник решил показать свою силу во всей красе? Окей, Дэн тоже не будет шутить. Он дал шанс Кларскому отойти в сторону. А тот пошел вперед, напролом.
От злости Смерч сжал руку в кулак. Прекрасно понимал, что от Бурундуковой Никита не отстанет. И его братец — тоже. С ними не договориться. Их нужно устранить.
Поэтому он и сделал то, что сделал. Решил, что это будет самым правильным вариантом. Лера, ушедшая проводить Евгения Борисовича, тоже полностью поддержала его. И отец по телефону — тоже.
Дэн припрег к Машиной и своей охране не только влиятельного деда, но и близкого друга Игоря, владельца частного охранного предприятия, — того, самого парня, который привозил ему как-то антипохмельные средства, а также правоохранительные органы. Отца Марии в том числе. Он, как подполковник отдела экономической безопасности, занимающийся делом ОПГ Пристанских и их подпольными казино и игровыми залами, был самым заинтересованным лицом. Как только Дэн пришел в себя окончательно, он, почти мгновенно взвесив все за и против, переговорил наедине с дедом. Сказал Даниилу Юрьевичу, что нападавшие были людьми Марта. Тот, естественно, пребывал в шоке. Андрея Марта он, мягко говоря, не очень любил. Сначала подумал, что тот решил запугать его, Смерчинского, чтобы тот согласился с ним работать. Вызверился и заявил, что сделает все, что только может и не может, но "ублюдка достанет". Когда Дэн сказал ему, что дело не в этом, несколько успокоился.
— Март хочет достать не меня, а мою девушку, дед. Через своего братишку. Я мешаю ему, — сказал он Даниилу Юрьевичу совершенно серьезно. — Ее отец ведет дело Пристанских.
— Я знаю, что ее отец ведет дело дружков Марта. И только потому что она из семьи ментов, я разрешаю тебе на ней жениться, — вдруг выдал глава Смерчинских.
— Она мне даже еще не невеста. — Отозвался со слабой болезненной улыбкой Дэн, которому медсестра ставила новую капельницу. Пока ему было не больно — анестезия все еще действовала. — С чего взял?
— Думаешь, я тебя не знаю? — прищурился мужчина. — Я знаю о тебе больше, чем ты мог бы думать, мальчишка. Если ты стал с ней встречаться, с этой Машей, то у тебя снова все серьезно. Да ты простой, как колодец, Денис. Но вот то, что ты умудрился сам по себе перейти дорогу Марту, впечатляет. Теперь ты, дружок, никуда не едешь, ни в какой Галаз. Будешь сидеть здесь, в больнице с охраной. А твоей подружке…
— Я позвоню ее отцу и все расскажу. А ты, — вдруг очень упрямо и даже жестко сказал Дэн деду, — а ты поможешь ему.
— Рехнулся? С какой стати я буду помогать ментам, внучок?
— Тебе самому будет выгодно избавиться от Марта. — Отозвался молодой человек. — Ты ведь знаешь, что он свободно хозяйничает в "Алигьери".
— Я-то знаю. А ты откуда знаешь?
— Ребята рассказывали, — не собирался выдавать кузена Дэн. — Сначала твой клуб для него всего лишь новая точка продажи наркоты. А потом твой клуб медленно становится его. А Машкин отец и его коллеги помогут тебе избавиться от Марта навсегда.
— Ну ты умен, конечно, мальчик мой, — потер подбородок Даниил Юрьевич, все еще находясь в холодном бешенстве. — И что ты предлагаешь?
— Пока что предлагаю просто позвонить ее отцу. И… дед, помоги мне, хорошо?
— Видимо, придется. — Отозвался тот. — Думаю, я смогу помочь тебе и твоей девушке.
И Дэн позвонил. Евгений Борисович его выслушал не перебивая, сразу понял всю серьезность ситуации и быстро приехал к нему вместе со своими сотрудниками. Им очень хотелось прижать Марта.
