Рыжеволосый, довольный, что они, как-никак, держаться за руки, с удовольствием пошел за девушкой. Ребята, так и не отпуская ладоней друг друга, остановились напротив салона и в большом, украшенном искусственными цветами окне-витрине увидели, как Мария с немалым интересом примеряет длинную фату.
— Вау. — Сказала девушка, мгновенно подумав, что Маша точно собирается замуж. Настя, к слову, в это время находилась в примерочной, где надевала свое свадебное платье. — Наверное, мы даже спрашивать не будем.
— Я тоже думаю, что это будет лишним. Только… почему Смерч никого на свадьбу не приглашает? Обидно, блин. — Отозвался рыжий, наблюдая, как Чип крутится вокруг зеркала в фате, а после к ней подходит какая-то женщина, похожая на нее, и что-то говорит. Кажется, это была ее мама.
— Может, не успел еще? — предположила девушка. — И вообще, его же в городе нет. Приедет и пригласит. Даже Инга ничего не знает о свадьбе и ребенке. А я, между прочим, у нее спрашивала. Может, Смерч хочет сюрприз устроить?
— Ну, может быть. В конце концов, это дело Дэнва. Ладно, пошли дальше?
— Пошли. — Они не видели, как Машина мама едва ли не срывает с головы дочки фату Настасьи и не слышали, как гневно кричит, что "чужую фату примерять — к несчастью!".
Эти двое почти не размыкали рук больше, и этот же день у них был и первый поцелуй. Очень красивый и чувственный. А Маша стала в глазах общественности уже настоящей невестой. Ожидающей ребенка. Ну, в ребенка верила где-то половина знакомых и друзей Дэна, вторая все же еще сомневалась. Но на свадьбу хотели многие. Это же свадьба не кого попало, а Смерча!
Но только Мария, ради интереса примерявшая фату Насти, об этом не догадывалась. Ей просто было любопытно в свадебном салоне, где она была впервые в жизни, и хотелось все потрогать и даже померить. Особенно свадебные платья. Жаль, мама не разрешала. И вдруг сказала, что замуж разрешит выходить только после того, как та закончит университет. Даже если женихи окажется такой хороший мальчик, как Денис. Маша повозмущалась, сказала, что замуж не выйдет никогда и ни за кого, если, конечно, женихом не будет ее какой-нибудь любимый музыканта, например, Кей из "На краю" или Рэн, а потом как-то задумалась. А дома делала вид, что доучивает последние билеты к экзаменам, а сама долго о чем-то думала и хихикала при этом.
Сегодня, 30-го числа этого почти что благословенного июня мы с Лидой и Маринкой, сдав последний экзамен, собрались у Лиды дома. Отмечать официальное закрытие сессии. Сегодняшний экзамен по истории архитектуры мы благополучно сдали Ивану Давыдовичу, хотя жутко переживали. Он, кстати, на экзамене поинтересовался у меня, как обстоят амурные дела с Денисом Смерчинским. Пришлось сказать ему, что у нас все хорошо. Иван Давыдович сложил ладошки на груди и полчаса распинался о том, что такое истинная любовь. В это время все, кто был в аудитории, умудрились списать. В том числе и Дмитрий — он меня потом долго благодарил в своей шуточной манере. Мол, спасибо тебе и Смерчу за вашу прекрасную любовь, она помогла ему сдать экзамен.
После экзамена мы поставили печать в деканате и пошли всей группой в кафе неподалеку от университета. Как оказалось, почти все наши умудрились без каких-либо особых проблем сдать все экзамены и зачеты и теперь радовались тому, что два месяца можно будет отдыхать. Димка был сегодня веселый-превеселый и умудрился надо мной пошутить столько раз, что под вечер я готова была залепить ему в нос. Однако себя сдерживала, помня, как однажды мило его ударила.
— Ты меня достал, Чащин, — сказала я ему на прощание, когда мы вдвоем вышли из кафе. Остальные пока что находились внутри. — Достал!
— Отлично, маленькое инфернальное зло Бурундукова, тогда моя миссия выполнена. Слушай, — его голос стал серьезным. — Слушай, Маш, а Никита Кларский, он больше к тебе не клеится?
— Клеится? Да он никогда и не клеился. Хотя… А, короче, в последнее время он вообще куда-то пропал, я не вижу его. И не слышу.
— Ну, это хорошо… — Тихо произнес парень, облегченно вздохнув. — У него проблемы.
— Какие? — встревожилась я.
— Семейные, кажется. Он сессию закрыл досрочно, вот и не появляется.
— Ой, он прямо как Князева, — всплеснула я руками. — Она ведь тоже досрочно. И уехала. Два сапога пара. Нет, серьезно, они друг другу подходят.
Димка как-то странно на меня взглянул. И виновато, и сердито, и устало.
— Маша, я хочу с тобой поговорить.
— О чем?
Дима приблизился ко мне, внимательно посмотрел в глаза, хотел что-то сказать, но в это время у него не вовремя зазвонил телефон, а пока он скупо отвечал на звонок, из кафе вышли все наши одногруппники. Разговора не получилось. Он состоялся у нас чуть позже.
