"Этот чувак — он везде может засветиться! Дэнв, ну ты крут!"
"Музыкантам +1000 Так подсобили парню!"
"Бугага!
Она не хотела меня. Вот отстой!
А я эту детку люблю!
А, может, у Маши есть кто-то другой?
Тогда его на хрен убью!"
"Ой, это же наш город… Клуб "Алигьери"! Я этих двоих как-то в парке видела! Да, девочка беременная была, а мальчик у нее такой хороший. Заботился о ней…:) Я такого же хочу…"
"Кавааай ^^"
"Прикольно, слушайте, а ребята в клубе молодцы, что помогали парню!"
"Смерч, ты что ль? Ну ты отжег! Пьяный, что ль?"
— Да, он был пьяным!! — завопила я. — Пьяным! Он был пьяным, потому что мы с Челкой его напоили! А пить ему нельзя! Он дебилом становится! Отменным!
Девчонки с трудом меня успокоили — теперь уже Лида притащила коньяк и заставил меня немного выпить, чтобы я, по ее словам, угомонилась. А от злости мне хотелось крушить все вокруг.
— А почему они решили, что ты… ммм… залетела? — спросила меня хозяйка квартиры, пока я сдуру глотала этот дурацкий коньяк. От ее слов я подавилась и слегка обожгла горло. У Лиды, конечно, хватило ума мне его предложить. Я потом реально неадекватной стала.
— Ой, — захихикала Маринка, — а вы разве со Смерчиком уже… того?
— Ну пора бы, — рассудительно сказала Лида. — Марин, Машка совсем какая-то скрытая стала. Помнишь, как наша доченька не желала признаваться, что стала со Смерчем встречаться?
— Ага, помню. Маш, а вы что, правда с ним…?
Она недоговорила, потому что я подавилась уже второй раз — на этот раз уже соком, которым запивала невкусный горький коньяк.
— Дуры что ли? — затравленно посмотрела я на идиоток. — Вы что… что, с ума сошли, как и эти недоумки? Какое залетела, какая невеста, какая свадьба? Да вы что, опухли?!
Они опять захихикали. Им вообще было смешно до чесотки в попе, а мне — обидно. До этой же самой чесотки.
Я успокоилась. Через часа два. Сначала бесилась, что из-за кое-кого опозорилась на весь Рунет, ругалась, порывалась отыскать Челку и засунуть ему в горло его тупой мобильник с камерой, и затем вытащить его через ухо. Я злилась почему-то и на Дэна, словно бы его напоила тогда не я, а он сам себя напоил до такой некондиции. И на весь клуб я тоже была невероятно зла. Стыд в принципе отлично двигает вперед отрицательные эмоции. А потом мне самой стало смешно. Блин, в этом вся я, в этом моя карма — ну кто еще может попасть в подобного рода переделку? Ну, естественно, Бурундукова. К тому же я поняла, что сердиться бесполезно, реальность от этого уже не изменится. А если изменить реальность я не могу, мне остается ее принять, не так ли?
— Так у вас точно ничего такого не было? — вернулись подружки к важнейшему вопросу.
— Нет!!
— Ты еще скажи, что не будет, до свадьбы, — посоветовала Маринка, хитро блестя темными глазами.
Я волком на нее взглянула.
— Кто бы говорил. Что-то я не помню, что мне гадалка говорила что-то про свадьбу. А вот про тебя и ребеночка я кое-что слышала.
Подружка мигом перестала хохотать и надулась.
— А ведь гадалка была права, — задумчиво сказала Лидия, — я ведь рассталась с Женей… И невеста у него — блондинка. Миленькая.
Ее кузина как-то побледнела, а потом рассмеялась.
— Совпадение! Ты своего фиолетового же не встретила.
Тут побледнела, по-моему, Лидия.
— И не думаю, что встречу, — отозвалась она.
— А Черри ведь на "А" зовут — Александром. — Сказала я задумчиво. — И про букву "Д" та тетка была права…
Я ведь тогда и предположить не могла, что полюблю Дениса, ведь я с ума сходила по другому парню.
— А что там у вас с Черри? — полюбопытствовала Лида у сестры. — По-моему, ты с ним каждый день часов по 5 переписываешься.
— Ой, мы еще и по телефону разговариваем, — сообщила тут же со счастливой влюбленной улыбкой девушка нам. — Он такой… такой… Короче, он не такой, каким кажется на первый взгляд.
— Это в смысле? Он еще хуже, развязнее и наглее? — спросила я.
— Нет! Напротив! Он очень милый, очень. Он очень заботливый и может так нежно что-то написать, что мне кажется, что у меня после прочтения его сообщений подкашиваются ноги. — Призналась Марина. Лида за ее спиной покрутила пальцем у виска. — И голос его по телефону немного не такой, каким был раньше. Эх, Сашенька — чудо, мое зелененькое чудо. А какие у него тату… Оу.
