Утро каждый встречает по-своему.
Его губы ласково коснулись её. Ассасин крепче сжимал в объятиях девушку и вновь целовал свою избранницу. Она отвечала на чувственные прикосновения и смеялась, когда Грин покрывал её шею поцелуями. Ассасин лишь усмехнулся и взглянул в ясные глаза своей подчиненной, а по совместительству девушки – Иви Фрай. - Твой брат ушел, не так ли? – ассасин резко подтолкнул её к двери, ведущей в его кабинет. - Очевидно же, - Иви не позволила Генри открыть дверь, положив на ручку ладонь. - Вот и славно, - и очередной поцелуй, но на этот раз более долгий. Легкие протесты лишь дело принципа. Лишь дело небольшой игры, в которой Фрай не желала отдаваться своему любовнику без пускай и шуточной борьбы. Женская натура, что с неё взять? Вскоре тяжелый плащ был откинут в сторону. Следом белоснежная рубаха ассасина. Грин придержал девушку и не позволил ей упасть на кровать. Нет, с ней стоило быть нежнее. Её стоило оберегать и охранять. И плевать, что Иви - ассасин с аналитическим складом ума и поражающей выдержкой да умениями – сама могла защитить себя. Для него она всегда, в первую очередь, будет девушкой, его девушкой, ранимой и такой отзывчивой на каждый его поцелуй. Фрай вновь засмеялась и запустила свои ладошки в темные волосы Грина. Девушка откинула голову назад, а Генри лишь усмехнулся и поцеловал её ключицы. В эту ночь никто не сможет нарушить их покой, даже самовлюбленный проныра Джейкоб Фрай. *** Утро Лондона. Обыкновенное утро. Некоторые пробуждались от громкого гудка рядом стоящего завода, от крика начальства с сальными рожами, другие от короткого звона колокольчика дворецкого, от первых лучей солнца. Генри Грин не спал. Он уже давно привык вставать слишком рано. Этому ассасин был обязан службе на Братство. Несмотря на ранний подъем, Генри не стремился подниматься, живо натягивать форму и будить неумех рекрутов, которые в очередной раз не соблюдают режим. Он не смел нарушить её покой. Ассасин удобнее устроился и уставился в потолок. Его ладонь осторожно поглаживала плечо любимой, ставшей где-то год назад только его. Да, Грин был ужасным собственником. От подобной мысли мужчина усмехнулся, а затем взглянул на мирно посапывающую у него под боком Иви Фрай. Девушка крепко обнимала ассасина, положив голову на его грудь. Такой резкий контраст. Светлая, почти фарфоровая, и темная кожа. - Спи… - тихо промямлила девушка и приоткрыла глаза. – Слишком рано, - она осторожно поцеловала его кожу. – Ты неспокойно дышал, - оправдалась ассасин, словно ответив на немой вопрос в глазах Генри: «Как ты узнала?» Иви что-то тихо пробормотала и, схватив тонкое покрывало, повернулась на бок, удобнее устраиваясь на диване. Генри не пожелал мириться с тем, что девушка в буквальном смысле присвоила себе практически все покрывало, потому тоже повернулся на бок, крепко обнял девушку и, прижав к себе, стал целовать шею там, где тонкой полосой белел шрам. Генри любил каждый шрам своей леди. - Тебе понравилось? – спрашивала Иви, слегка пожав плечами. Она спрашивала это как после их первого раза. - Мне стоит отвечать? – с усмешкой парировал Генри и заправил непослушную прядь великолепных темных волос за ухо. Девушка улыбнулась и развернулась к ассасину лицом. Она потянулась за очередным долгим поцелуем. - Я люблю, когда ты меня так целуешь, - выдохнула Фрай практически в губы своему избраннику и прикусила свою губу. - Намек понят, мисс Фрай, - хохотнул Грин и резким движением подмял девушку под себя. Утро Лондона. Небольшая комнатка. Одни просыпались от гудка завода и ругани начальства, вторые от звона колокольчика дворецкого, третьи – от чувственных прикосновений любимого человека. Невинный утренний поцелуй, который предвещал незабываемое продолжение. И пускай днем им придется вновь изображать из себя друзей. В такие моменты они могли позволить себе больше, чем просто слова «Мои извинения, мистер Грин».
