— Только дернешься, и от твоей подружки ничего не останется! — предупредила она меня.
— Я не дернусь. — Говорю. — Опусти штуку!
— Ну ладно. — Эйра приопустила оружие, но я чувствовала, что при малейшей моей попытке броситься на нее, эта стерва применит свой пистолетик в действие.
— Что вы хотите?
— Мы хотим, чтобы твоя подруга провела нас к повстанцам, а потом ты — во дворец.
«Что же делать, что ж делать-то? — думаю я. Неужели я здесь заперта, как в клетке?! Может, я сплю? Может, я вот сейчас возьму и проснусь? Может, мы с Элли проснемся? Ой. Я не могу вмешаться в ее сон. Но я же оказалась здесь как-то. Еще вчера я была во дворце и не думала, что окажусь черт-знает где. Есть же способ вернуться обратно. Я же странствовала по разным мирам. Я смогу переместиться во дворец. Смогу нас переместить».
И я дернулась. Я бросилась на Элли, попыталась обнять ее, чтобы в мгновение перенести во дворец к Северину. «Даже если у меня не получится, хоть ты Северин, — думала я. — Услышь меня! Увидь! Забери нас с собой!».
Раздался хлопок, и вспышка. Эйра направила на нас оружие, и все залило нестерпимым светом.
Раскрываю глаза. Ох...как же неохота вставать. Полежу еще чуть-чуть, никому от этого хуже не станет. «Нет, — думаю, — все-таки нехорошо так долго лежать, надо вставать, стирать, готовить, будь хорошей девочкой, Тиночка».
Открываю глаза. Свет вовсю льется из окна.
Так, мама на работе, муж в кои-то веки к родителям отправился. Эх, хорошо! Одна в квартире. Смутно припоминаю сон. Какая-то война, бомбы, повстанцы. Какая-то девушка меня едва спасла, кажется, ее звали Элли. Странный сон, прямо как по-настоящему.
Иду на кухню через зал.
Одеяло на кровати пошевелилось.
— Мама? — говорю я. — Ты же на работе.
И тут вижу, что это не мама.
— Где я? — спросила Элли. — Нас спасли твои родители? Я думала, мы погибли.
— Какие родители? — говорю я, а сама в голове пытаюсь состыковать реальности. Элли, квартира. Снова я перепрыгнула из одной реальности в другую.
— Ты говорила, мама. Мама с папой спасли?
— Папы у меня нет. Точнее, он есть, но где-то пропадает. А мама на работе.
— В поле? Но когда война разве кто-то еще работает в поле?
— Работает, — говорю. — надо же людям что-то есть, хоть война, хоть не война.
— Хорошо, значит, здесь безопасно.
Элли встала с кровати и прямиком пошла на балкон.
— Стой! — крикнула ей я. Но Элли не послушалась. Я бросилась за ней, едва успев схватить за край юбки.
— У меня балкон старый, упадешь.
— Что за манера делать дом на краю ущелья?
— Это не ущелье, это многоквартирный дом, — говорю.
— А поле где?! Внизу одни повозки.
— Я пошутила. Нет здесь никакого поля поблизости. Мы в моем мире.
Как же так получилось?! Я думала, что мы перенесемся в дворец Северина. Или Северин увидит меня и сам перенесет, и я специально обняла Элли, чтобы он нас обеих вытащил, а не одну. Но я попала не туда. А домой, в свой мир. Хотя это тоже хорошо. Разберусь, как здесь дела. Так, мама на работе. Муж уехал в гости к родителям. Все своим чередом. А вот в мире Хозяина не так все ладится, все-таки я нужна там. Но как туда вернуться? А вдруг я там умерла?! А Элли? Нет, такого не может быть. Элли не из этого мира. Ты только посмотри, как одета. Значит, мы можем вернуться обратно. Только придумаем как.
Я стала припоминать события, прошедшие в этом мире. Если раньше я металась между двумя мирами, то теперь, казалось, я живу и тут и там. Только нужно внимание перемещать из мира в мир. Это хорошо. Значит, тут за меня волноваться не будут. Но такое чувство, что оттуда-то я пропала полностью. Вот туда и надо попасть. Чуть попозже.
— Что же мы с тобой будем делать, Элли? — говорю. — Здесь в такой одежде не ходят. Надо бы приодеть. Пойдем в магазин.
— Разве моя одежда плоха?
— Хороша, но здесь так не ходят.
— Идем… Черт! Я забыла. У меня же рабочая неделя. Так, Элли, ни в какой магазин мы не пойдем. Мы пойдем ко мне на работу. Но тебя все равно надо приодеть по-современному.
Я открыла шкаф. Так, это не пойдет, это мало, это тоже мало. А, ладно, думаю, попробуй вот это.
Элли не без труда натянула рубашку, но на груди пуговица так и не застегнулась. А ладно, разве это проблема, ну позыркают мужики, что в этом плохого?
— Мало, — принялась Элли расстегивать рубашку.
— В самый раз, — говорю.
— Ну не подходит, неудобно как-то.
— Неудобно идти в одежде, словно ты статуя из краеведческого музея сбежала, а так… вполне себе сексуальная женщина. Чтобы я так выглядела, — окинула взглядом ее выпирающую грудь.
— И куда мы пойдем?
— Работать!
Элли было разинула рот, но я не стала ждать, пока она что скажет.
— Думаешь, я тебя тут оставлю?! А скоро мамка придет. И Павлик сегодня должен вернуться. Я еще раз пристально поглядела на ее не застегнутую поговичку на груди.
— Знаешь, какой он ненасытный!
Элли широко раскрыла глаза.
— Не мужик, а зверь. Трахает все, что шевелится.
— Ну, — улыбнулась Элли, — а может, мне остаться… — неуверенно произнесла она.
