Такой…непрозрачный намек на свидание, с которым Ася его благополучно, резко и без тени сомнения опрокинула. Совсем легкий и ненавязчивый. И, конечно же, Ася его практически не заметила. И партнерша по спектаклю, с трудом спрятавшую заинтересованную улыбку, тоже аб-со-лют-но ничего не заподозрила.
— Ну что вы, — мило улыбнулась Анастасия, мысленно представляя на голове противника горшок с кактусом. — Я много вашего бесценного времени не займу, достаточно будет пары минут.
— Поверьте, для вас я всегда найду время, — Станислав, как ни в чем не бывало, протянул ей ладонь, приглашая проследовать за ним. Почему-то у Аси тут же возникло ощущение, что, стоит ей принять его руку — и ловушка захлопнется. Но она ведь не трусиха, нет. Она же его не боится? И, подавив печальный вздох, девушка решительно приняла его помощь.
— Даришка, ты огромная умница, я тобой горжусь, — буквально на бегу сообщил Белозеров, вытягивая свою «пленницу» из гримерной. — Ну что, Асенька, прогуляемся?
— А это еще зачем? — девушка небрежным жестом стряхнула вцепившиеся в ее локоть пальцы. — Мы и тут можем поговорить.
— Не согласен, — в голосе Стаса так и слышалось ехидство. — Я думаю, мы с тобой сейчас немного прогуляемся, погода хорошая. И поговорим о спектакле, образе Артура и моем видении героя. Тебе нужен этот разговор, так что пройдет он на моих условиях.
— А что, тебе не нужна реклама? — невинным тоном поинтересовалась Анастасия, просчитывая все варианты и чем ей это может грозить. Откровенно говоря, Ася могла бы и обойтись без его комментариев. Да, с ними материал получится несравнимо лучше, но она знала себя — без лишних прекрас она могла написать все так, что отсутствие комментарий актера никто и не заметит. Вот только дорогое и любимое начальство недвусмысленно намекнуло ей, что его интересует солист. И аргумент: «Он меня бесит» Никита, мягко говоря, не примет. А если еще начнет разбирать причины, чем ей не угодил солист, то лучше уж сразу начинать прятаться по углам.
— Я сам себе реклама, — самоуверенно заявил Стас. Впрочем, если то, что она о нем слышала, правда, нарциссизма в его словах не так уж и много.
— Это что, шантаж? — вздернула бровь Ася, стараясь оставаться невозмутимой.
— Наглый и неприкрытый, — даже не стал отрицать Стас. — Ну что, соседка, не побоишься уйти в ночь с таким страшным мной?
Паяц. Вот серьезно. Как такой болтливый, несерьезный балбес мог сыграть такого сложного персонажа, как Артур? В голове пронеслась строчка из материалов о труппе театра, которые она проглядела в ожидании спектакля. «Кудрявый принц» — кажется, так одна восторженная журналистка окрестила солиста? Ага, как же… Этот разве что за коня сойдет, на принца не тянет. А еще больше сосед напоминает кошмар. Ее персональный кошмар, который по каким-то ему одному ведомым причинам не позволяет ей вновь заползти в собственную раковину.
В одном Ася была уверена точно. Этот раунд кудрявому коню был глупо и безоговорочно проигран. Кошмарная зараза просто и банально взяла ее на слабо! Потому как не для того она пять лет борется с собственными демонами, чтобы спасовать из-за такой ерунды.
— Идем, — коротко бросила она и добавила вполголоса. — Надеюсь, это будет того стоить.
Но, глядя на коварную улыбку соседа, все больше и больше в этом сомневалась.
Стас задержался только для того, чтобы забрать собственные вещи. Кудряш появился так быстро, что Ася даже не успела опомниться и сбежать. Шутливо подал галантным жестом руку и проводил в сторону служебного выхода.
— Тебя фанатки там не сторожат? — ехидно полюбопытствовала Ася, на всяких случай приостанавливаясь перед пока еще закрытой дверью.
— А что, ты боишься? — сосед посмотрел на нее изучающим взглядом, словно думая, поведется она «на слабо» или нет.
— Ну… — задумчиво протянула девушка. — Тебе честно или цензурно?
— В идеале все сразу, — не стал мелочиться кудряш.
— Боже упаси, если меня за твою девушку примут, — поежилась Ася.
— Что, так все плохо? — развеселился парень, услышав откровенный ужас в ее голосе. Не такого ответа он ждал, совсем не такого.
— Я лучше кактус съем, — мрачно откликнулась Строганова. — Мне мои волосы дороги еще не как память.
С ее точки зрения ничего смешного она не сказала. Вот только Стас с этим согласен не был — расхохотался так громко, словно побывал на стенд-ап выступлении.
— Ну да, — хмыкнул Белозеров с самым непринужденным видом протягивая руку и снимая заколку с ее прически. — Такие волосы будет жалко.
Золотистые пряди скользнули по плечам. Сама Ася же скрипнула зубами, испытывая прямо-таки детское желание подстеречь как-нибудь соседа и вылить ему с балкона на голову ведро воды. А еще лучше стукнуть кирпичом. И, нет, она не кровожадная, и даже просто не жадная — если очень сильно просят, почему бы не дать? И никак иначе, кроме как настойчивого выпрашивания, все эти вторжения в ее личное пространство Ася не воспринимала. У нее не было боязни чужих прикосновений, но она предпочитала, чтобы чужие люди — а никем иным ее сосед не был — держались от нее на расстоянии.