Мой любимый писатель полностью

- Я так и думала! – победно воскликнула она. – Кира, вот мой тебе совет: возьми деньги и уходи. Устраивай свою жизнь дальше, или, ещё лучше, возвращайся в Москву. Где родился, там и пригодился? Ведь так говорят? – она повернулась к раковине и взялась за ручку. – В любом случае, мы с мистером Стивенсоном не намерены больше спонсировать пребывание Джейка в Нью Йорке. Мы скажем ему об этом завтра. Как ты считаешь, что он предпочтёт? Остаться с тобой в Нью Йорке без средств к существованию? Устроиться на работу? Хотя, он и не работал ни дня в своей жизни. Или вернуться домой, вместе с нами? Думаю, даже если сперва он будет хорохориться и останется с очередной «любовью всей его жизни», то вскоре милый избалованный мальчик пожалеет о своём решении и начнёт тяготиться вашими отношениями. Не лучше ли решить всё сейчас, на взаимовыгодных условиях? – Джессика закончила свою тираду, и протянула мне чек. – Вот, держи, шестьдесят тысяч – моё последнее предложение. Если ты хоть немного любишь моего сына, то прекрати морочить ему голову!

Она сказала это и, не удостоив меня больше и взглядом, вышла из туалета. На трясущихся ногах я подошла к раковине. Взглянула на своё испуганное отражение в зеркале. В глазах застыли слёзы. Лицо было красное, будто помидор. Я полезла в сумочку за салфеткой, и внезапно наткнулась на конверт. Приезд родителей Джейка выбил меня из колеи настолько, что конверт с двумя словами «для Киры», написанный почерком Кирилла, совсем выпал из памяти.

Возможно, сейчас был далеко не лучший момент для того, чтобы ознакомиться с содержимым конверта. Но я пребывала в состоянии аффекта, поэтому не совсем отдавала себе отчёт в действиях.

Зашла в кабинку, закрылась на замок и распечатала письмо. Внутри оказался сложенный в несколько раз листок бумаги. Я не сразу смогла разобрать слова, так как внезапно нахлынувший на меня поток слёз застилал глаза. Вытерлась тыльной стороной руки и вгляделась в строчки:

«Моя дорогая девочка,

Когда ты прочтёшь это письмо, меня уже не будет в твоей жизни. Знаю, что непростительно долго задержался в ней, и вот, наконец, я готов отпустить.

Я должен был сказать всё это, глядя в твои прекрасные глаза, но не нашёл в себе мужества. Просто не мог снова видеть, насколько сильно ты теперь ненавидишь меня, поэтому трусливо спрятался от тебя за своим главным оружием - словами. Прости мне эту слабость. Мою последнюю слабость.

Прости, что я так поздно осознал всю непреодолимость моей одержимости тобой. Думал, что смогу справиться, но ошибся. Теперь, по прошествии года, хотя он и показался мне целой жизнью, я понял, что судьба сыграла с тобой злую шутку в тот день, когда мы впервые встретились.

Ты думаешь, что я всё это время просто играл с тобой? Использовал ради своих целей? Боже, да я и сам так думал! Наивный идиот! До последнего я уворачивался от правды, как от пули. Но в итоге она, всё же, настигла меня.

Не могу назвать свои чувства любовью. Нет, любовь совсем другая. Она всепрощающа и терпелива, нетребовательна и скромна. Любовь заставляет жертвовать во благо, вопреки своим желаниям. Способен ли я на такие чувства? Не думаю.