Юлианна: Ладно, я спать. Доброй ночи.
Призрак: Дуешься еще. И тебе доброй, лиса.
Юлианна: Я не пузырь, чтобы дуться.
Да забыла я уже обиду, что тоже для меня странно. Я же решила закругляться с общением с психами, а если не уйду сейчас — это может на всю ночь затянуться.
Чтобы не соблазниться на этот вариант, я убрала телефон на тумбочку у дивана и легла спать.
Весь следующий день я придумывала себе номер для выступления. Обнимала пилон практически без передыху, чтобы как можно дольше не писать Андрею. Он, кстати, тоже не давал о себе знать. Вечером, под конец моего рабочего дня, забежал счастливый Сан Саныч. Отдал мне билеты и деньги, листок с адресами гостиницы и клуба, и пожелал удачи. Я заверила его, что мой номер достоин победы, и Сан Саныч, довольный, уехал. Я тоже решила идти домой. Завтра тяжелый день, надо хорошенько отдохнуть.
Дома я собрала необходимые вещи в небольшую дорожную сумку. Перед этим заглянула в интернет, посмотреть погоду, и была весьма удивлена. У нас завтра обещают -5, а в Краснодаре +6. Что ж, не сильная разница. Я-то думала, что люди там уже загорать ходят! Ну, юг же.
Закончив с делами, я взяла телефон. Странно, Андрей до сих пор молчит. А вдруг что-то случилось? Да нет, весь день он не писал, потому что был на работе, а сейчас точно снова забухал. Надеюсь, что не с братом. Ладно, я только узнаю, все ли у Андрея в порядке. Если то, что для него норма, вообще можно так назвать.
Юлианна: Привет. Не занят?
Призрак: Привет. Не очень.
Так. У меня ничего не спросил. Настроение, значит, поганое.
Юлианна: Дома?
Призрак: Нет.
Я нахмурилась. Плохой ответ. Уже десять вечера. Нет, это не значит, что он должен в это время дома сидеть. Ладно б он, как все нормальные мужики его возраста, гулял! Но этот же на кладбище прется!
Юлианна: А что делаешь?
Призрак: Любуюсь на свое фото.
Юлианна: Свое? Чего это вдруг?
Призрак: А почему бы и нет?
Так, ясно. Все плохо.
Юлианна: Где ты, волк?
Призрак: Жаль, что не в лесу.
Юлианна: Ну, не знаю, жаль ли. Так где?
Призрак: На кладбище, конечно.
— Конечно! — вслух согласилась я. — Ну, тупой же вопрос задала! Так.
Юлианна: Стоять. Любуешься на свое фото?
Призрак: Ага.
Юлианна: Не беси меня, Андрей! Что за фото?
Призрак: Мое. Висит на памятнике брата.
У меня глаза на лоб полезли. Я тут же набрала его номер.
— Че, не смсится? — тихо спросил он.
— В смысле: на памятнике?! — воскликнула я. — Кто его туда повесил?!
— А угадай. Та. что цветочки Ивану носит.
Я одной рукой схватилась за голову.
— Господи, сдайте ее в дурку! А ты?! Какого хрена ты на него любуешься?!
— Красиво.
Меня затрусило. Боже, это же кошмар! Они там все сумасшедшие! Как меня-то занесло на эту карусель?!
Я немного подышала, чтобы успокоиться.
— Так, Андрей. Во-первых, бегом убери фотографию. Во-вторых, вали домой. В-третьих, позвони в больницу и сообщи о сумасшедшей соседке.
— Еще указания?
— Нет указаний. Это просьбы. Господи, да неужели ты не понимаешь весь ужас происходящего?! — сорвалась я на крик.
Он вздохнул.
— Понимаю.
— И все?! Понимаю, и ладно?!
— Твои предложения?
Я закрыла глаза, вздохнула и тихонько заговорила:
— Андрей… забудь это все, как кошмарный сон! Их не вернуть, а ты должен жить дальше! Прекрати убиваться по Веронике! Она же больна, это тебе любой скажет! Ее нужно лечить! А тебе нужно найти нормальную девушку, которая будет любить ТЕБЯ! Не кого-то, на кого ты похож, а ТЕБЯ!!!
— Себя предлагаешь? — усмехнулся он.
— Да, предлагаю, — серьезно ответила я. — Но решать тебе.
Пусть смеется, мне не стыдно признаться ему в любви!
— Я смогу сделать тебя счастливым, только бы ты этого захотел. Я согласна даже ребенка тебе родить! Да хоть пятерых! И я буду любить их не меньше, чем тебя самого! Даже больше, если это возможно! Я буду сидеть дома и готовить тебе все, что ты пожелаешь! Я буду ухаживать за тобой! И я никогда не устану говорить, как сильно люблю тебя! Именно тебя! За то, что ты единственный, таких больше нет! И никогда не было! Только ты — самый лучший!
Андрей молчал, а я вытерла слезы.
— Пожалуйста, иди домой.
— Я это сам решу. И кого мне любить — тоже сам решу. Перестань мечтать о ерунде. Мне как будто пощечину дали.
— Как скажешь. Доброй ночи, Андрей.
Я не стала ждать его ответа и отключилась. Сдерживать истерику я больше не в силах, а ему ни к чему все это. Уткнувшись лицом в подушку, я стала кричать, желая, чтобы все эти чувства вышли наружу. Я не хочу ничего из этого держать в себе! Я не могу все это чувствовать!!!
ГЛАВА 15
Проснулась я в разбитом состоянии. Полночи ревела, а потом снились кошмары. Нет, не всякие там кровавые ужастики, типа Фредди Крюгера. Мне снился памятник с фотографией Андрея. И его слова «Перестань мечтать о ерунде». Но для меня это не ерунда! Я вчера столько всего ему сказала… Я призналась, что люблю его! Люблю, черт побери, этого психа! А ему нет до этого дела.
