Мы вышли на улицу, где стояла Лешина машина. И как я сразу ее не заметила? А была ведь уверена, что из тысячи узнаю! Леха практически зашвырнул меня на пассажирское сидение и захлопнул дверь. Пока он обходил машину, мне подумалось, что тогда, когда мы виделись в прошлый раз — он был намного вежливее. А сейчас прямо не в духе. Когда дверь закрылась и за водителем, в салоне воцарилась гробовая тишина. Что ему сказать — я понятия не имела, это ведь он меня сюда притащил. И вообще, три минуты назад Леха не собирался радоваться нашей встрече. Хотя, похоже, и сейчас не рад.
— Ну, и что ты ему сказала? — наконец произнес водитель.
Честно признаться, я не поняла вопроса. Кому сказала, Андрею? Когда?
— Еще одна немая, бля! — выругался он.
Я с возмущением на него уставилась.
— Ты только что делал вид, что не знаешь меня. Теперь что-то спрашиваешь. Может, познакомимся, для начала?
Он раздраженно цокнул языком.
— Вчера, что ты сказала Андрею, я спрашиваю?
— Не важно, — буркнула я. — И не твое дело.
— Да понятно, что не мое! Но если эта дура заяву на него накатает — будет и мое!
— Чего? — не поняла я.
— Того, бля! — рявкнул он. — Этот псих вчера ворвался к ней в квартиру и пытался задушить!
— Я тоже его психом называю, — усмехнулась я. — Чего пытался?! Веронику задушить?! — черт, этот вопрос прозвучал с радостью.
Леха вдруг захохотал.
— Да как меня угораздило в это влипнуть?! Ну нахера я к нему полез?!
— Не задушил? — разочаровалась я.
Он перестал смеяться и посмотрел на меня странным взглядом.
— Ты адекватная? Говорю, заяву она накатать может!
— А я здесь причем? — пожала я плечами и обиженно добавила: — Адекватная.
— Лина, — вздохнул Леха. — Расскажи мне с самого начала весь ваш вчерашний разговор. Я точно знаю, что вы говорили.
— Сначала ты мне расскажешь.
Он покачал головой.
— Что тебе интересно?
— Почему ты в дурку их обоих не сдал до сих пор?
— Их?
— Андрея и его блондинку.
— По-твоему, мне нужно их туда на руках занести? У нас в дурку только со своего согласия можно попасть.
— Жаль, — вздохнула я. — Ладно, расскажи все с самого начала, мы ведь не спешим?
— Значит, родился я в Новосибирске, тридцать два года назад…
Он издевается? Я цокнула языком.
— Я не это имела ввиду. Что вчера произошло?
— Я, разве, не сказал? Андрей напал на Веронику. Я был у него дома. Хорошо, что стены тонкие, услышал ее вопли. Блин, еле оттащил его! Он же если вцепится — до последнего держать будет! Питбуль, бля.
— Оттащил?
— Оттащил! — воскликнул Леха недовольно. — И в челюсть словил подачу! Если бы не Аник, я б этого говнюка… Сука, задолбал со своими выкидонами!
— Ты в курсе, что она сделала? По мне, так давно ее придушить надо было.
— Вот я так и понял, что без тебя тут не обошлось!
— Че это?! — возмутилась я. — Крайнюю нашел?
— Но ведь это ты его науськала!
— Его науськаешь…
— Андрей сам бы на нее не кинулся! Там же любовь до гроба.
Я отвернулась к окошку. Вот именно, что до гроба.
— Так что ты сказала ему?
— «Фас» я ему сказала! — рявкнула я. — В любви призналась, дура…
— А Вероника тогда тут причем? — не понял Леха.
— Ты их дольше знаешь, тебе виднее.
— Знал бы — не спрашивал. Ты говоришь, она что-то сделала?
— Фотку его повесила на памятник Ивана.
Леха округлил глаза.
— Чего?!
— Того. Вы, вообще, в курсе, что у них происходит?
— Видимо, нет. Просветишь?
— А что ты знаешь? Чтобы я не повторялась.
— Что он, как дурак, вечно ее замуж зовет, а она отказывает. Ну, знаю, почему…
— И все?! — удивилась я. — Ты самое интересное пропустил. Вероника каждый день шлет ему смс типа: чтоб ты сдох, ненавижу тебя, люблю Ивана, ты виноват, лучше бы ты вместо него разбился. Вчера вот фотку повесила. Ты, кстати, в курсе, что Андрей каждый выходной на кладбище торчит? И ночью тоже.
— Ты серьезно?! — не поверил Леха. — Про все это.
— Нет, шучу так по-дурацки! Ты что, реально, не знал?
— Нет, шучу так по-дурацки! — съязвил он. — А я-то думаю, куда его черти вечно носят? А мы на кладбище гоняем! И как я сразу не догадался? Он же псих.
— Неизлечим, как думаешь? — тихо спросила я.
Леха вздохнул.
— Он сам этого не хочет. Но вчера же что-то щелкнуло, раз он к активным действиям перешел! Я поэтому и спрашивал, что ты ему сказала.
— Как видишь, щелкнуло не в ту сторону. Хотя, не буду, скрывать, я бы ее тоже придушила. Андрей принял единственное верное решение. Но я не говорила ему об этом! Не знаю, что его сподвигло на это.
— Главное, что он живее стал. Я же не знал, что вы общаетесь, не мог понять причину. Он только недавно мне об этом сказал. Но он очень поменялся, ты точно выводишь его на эмоции.
— Не на положительные, к сожалению, — вздохнула я.
— Это сейчас не так важно. Главное, что эмоции вообще есть! Мои методы больше не работают, он опять стал замыкаться. Но появилась ты!
Я усмехнулась.
— Да, он рассказывал про твои методы. А что он сказал обо мне?
