— Солнце, тогда тебе придется здесь остаться на какое-то время, чтобы все это сделать. Мне ведь нужно на работу.
— Я понимаю.
— Тогда, как вернемся, я дам объявление о продаже. А дальше уже тебе всем заниматься.
Лена с Олегом отвезли нас в деревню. Народу во дворе дома, где жила моя мама, собралась уйма. Наверное, всем было интересно посмотреть, выжила ли я с отцом.
В доме ничего не изменилось с моего отъезда, разве что, стало еще хуже и обшарпаннее. В комнату, где находилась мама, я зайти не решилась. А папа пошел. Мы с Ленкой и Олегом остались в прихожей.
— Как ты, Юль? — заботливо поинтересовалась подруга.
— Не знаю, — честно ответила я. — Но не думала, что так расстроюсь… Я же не знала ее…
— Она твоя мама, — вздохнула Лена. — Вы после похорон сразу обратно, или задержитесь?
— Я останусь еще квартиру продавать.
Лена шмыгнула носом.
— Он тебя искал.
— Чего? — не поняла я. — Кто?
— Пойду, воздухом подышу, — Олег тут же решил смыться.
— Кто меня искал?
— Андрей. Он немного рассказал мне о вас и просил твой адрес, или хотя бы телефон.
— Господи, он что, всем решил поведать эту занимательную историю?! Или на жалость давит? — шепотом возмутилась я. — И как он тебя-то нашел?
— Точно не знаю, но думаю, что через твою страницу «Вконтакте».
— Я надеюсь, он там не по всем моим друзьям со своими рассказами душещипательными прошелся? Что он тебе сказал?
Лена вздохнула.
— Юль, да не важно, что он мне сказал. Ты говорила про другую бабу, а Андрей мне клялся, что ему только ты нужна.
— Я за него рада. Но ты бы его меньше слушала, он немного не в себе. О чем вы договорились?
— Да ни о чем, — она пожала плечами. — Я без твоего согласия сдавать тебя не стала. Он оставил мне свой номер, просил дать знать, если ты в России появишься.
— Ты ведь не звонила ему? — испугалась я.
— Не звонила. А губа-то у тебя не дура! Хорош Андрюша!
Я закатила глаза.
— Лен, давай не будем о нем.
— Ну и зря. Хороший мужик.
— Угу. Только больной на всю голову.
— У каждого свои причуды! — заступалась подруга за Андрея.
— Но не настолько же!
— Я ничего больного в нем не заметила, вполне себе адекватный.
— Вряд ли он рассказал тебе ту часть истории, где ты бы в обратном убедилась.
— Ты дома? — удивилась я.
— В аэропорт позвонил, — сказал он Оксане. — Юль… полетишь со мной? Рейс через три часа, надо собираться.
— Куда? — не понимала я.
Он сглотнул и, присев рядом, взял меня за руку.
— Утром позвонили из России… твоя мама… ее больше…
Я тоже сглотнула, понимая, что он не про Оксану, и догадываясь, что он скажет дальше.
— Ты полетишь? — тихо спросил папа.
Я кивнула, пытаясь разобраться в своих чувствах. Странно, но мне захотелось плакать. Я чувствовала боль утраты. Она умерла. У меня фактически никогда не было мамы, родной мамы, и теперь никогда и не будет. Ком в горле становился все больше.
— Собирайся, солнышко, — проговорил папа, видя мою реакцию.
Я принялась выполнять указания, смахивая лившиеся слезы. Они текли рекой! Мне было больно. Ее больше нет…
Оксана проводила нас в аэропорт, а я все плакала. Мне было страшно узнавать у отца, отчего мама умерла, я не хочу знать подробностей. И, пусть это прозвучит жутко, но я предпочла бы вообще не знать о ее смерти. Но судьба решила иначе, и мне придется еще и на похоронах присутствовать. Папа взял все на себя, больше ее некому хоронить.
Перелет в Новосибирск показался мне очень коротким. Я не успела прийти в себя и совсем не готова ехать в деревню, откуда когда-то меня и забрал отец. А еще я не готова увидеть ее. Маму, которой у меня никогда не было и теперь не будет.
Мы приехали ко мне домой, и я позвонила Ленке. Она пообещала приехать с Олегом на машине через полчаса.
— Потом со мной обратно полетишь, или здесь останешься? — поинтересовался папа.
— А как надо?
Он пожал плечами и улыбнулся.
— Это тебе решать. Конечно, я хочу, чтобы ты жила со мной! Но вот только… ты же все равно мыслями здесь. Так, может, следует и тело тут оставить? Где он живет, твой Андрей? Дай ему знать, что ты в городе, поговорите…
Я вздохнула.
— Пап, он в Краснодаре живет. Но, даже если бы он был здесь — я не встретилась бы с ним.
— Но ты же хочешь этого, я вижу.
— Я обещала ему, что забуду о нем. Мы не увидимся, пап. Если ты согласен забрать меня к себе снова — я полечу с тобой.
— Конечно, согласен! — он обнял меня. — И Оксана будет рада, если ты останешься
с нами. Квартиру продаем, значит?
Я сглотнула. Продать квартиру — значит больше не возвращаться сюда. Я должна принять это решение, оно правильное.
— Продаем.
— Солнце, тогда тебе придется здесь остаться на какое-то время, чтобы все это сделать. Мне ведь нужно на работу.
— Я понимаю.
— Тогда, как вернемся, я дам объявление о продаже. А дальше уже тебе всем заниматься.
Лена с Олегом отвезли нас в деревню. Народу во дворе дома, где жила моя мама, собралась уйма. Наверное, всем было интересно посмотреть, выжила ли я с отцом.
В доме ничего не изменилось с моего отъезда, разве что, стало еще хуже и обшарпаннее. В комнату, где находилась мама, я зайти не решилась. А папа пошел. Мы с Ленкой и Олегом остались в прихожей.
