Мой любимый шотландец полностью

Он не пытался помешать ей уехать, думала Хэтти, садясь в сонный утренний поезд в Эдинбурге. Разумеется, она воспротивилась бы любым попыткам Люциана удержать ее в гостинице, и все же, вспоминая его бесстрастное лицо, она снова ударилась в слезы. До чего одиноко лежать в темном, ненадежно запертом спальном купе в компании дорожной сумки! Хэтти металась между беспокойным забытьем и пробуждением, и к печали понемногу примешивалось чувство вины. Шахтерская община так ждет своих фотографий, которых теперь не будет! По крайней мере, в ее исполнении. Нужно кого-нибудь послать вместо себя, подумала Хэтти, причем того, кто владеет этим ремеслом.

Она поднималась по лестнице особняка в Белгравии, сгибаясь под гнетом трех бессонных ночей и дней, проведенных в страшных переживаниях за рабочих, застрявших под землей. Грудь болела так, словно все внутренние органы воспалены. Наверное, на нее свалилось слишком много всего сразу. Измученный мозг сыграл с ней злую шутку, смешав нынешние тревоги, старые обиды и совершенно не связанные с ними проблемы, в результате чего она набросилась на мужа и убежала от него сломя голову…

Дверь открыла стройная, востроглазая женщина с волосами мышиного цвета, вьющимися возле ушей. Айоф Бирн.

Хэтти прищурилась. Казалось, протяни руку, и та пройдет насквозь.

– Вы мираж?

– Боже правый! – воскликнула мисс Бирн. – Что он натворил на этот раз?

Двадцать минут спустя Хэтти сидела на козетке в гостиной, вцепившись в чашку с горячим чаем, словно в буек посреди бушующего моря. Хозяйка и гостья поменялись ролями: мисс Бирн взяла ее пальто и дорожную сумку, мисс Бирн велела ей прилечь и ушла на кухню заваривать чай. Мисс Бирн чувствовала себя как дома, развалившись на диване так, словно это ее привычное место. И все же Хэтти радовалась ее присутствию. Женщина была ровесницей Люциана и его подругой. Такое ощущение, что частичка мужа находится рядом, только без всего, что ее раздражает, ранит и смущает.

– Я пыталась с ним связаться, – пояснила мисс Бирн, – на телеграммы он не отвечал, поэтому я решила зайти сама. Двери открыла своим ключом – слуги все разбежались. Боюсь, я задремала на этом славном плюшевом диване. – Она погладила обивку. – Уж простите.

– На шахте случилась авария, – бесцветным голосом сказала Хэтти. – Последние три-четыре дня выдались очень насыщенными.

Мисс Бирн замерла.

– Жертвы есть?

– Нет, но потребовалось больше двух дней, чтобы вытащить их из-под завала.

Женщина все еще выглядела встревоженной.

– Представляю, каково ему пришлось.

Хэтти с трудом сглотнула подкативший к горлу комок.

– По правде говоря, после происшествия мой муж стал на себя не похож.

– Так вот почему он выбил землю из-под ног старины Ратленда, – понимающе покивала Айоф Бирн. – Я увидела заголовки о его внезапной кончине, и у меня возникли подозрения.

– Насколько мне известно, Ратленд заставил шахтеров применить рискованный метод добычи, – объяснила Хэтти. – Из-за этого случился обвал.

– Бедняга Люк! Тогда все понятно.

Хэтти сжала чашку еще крепче.

– Не слишком ли беспечно вы все относитесь к скоропостижной кончине его светлости? – В голосе Хэтти прозвучали резкие нотки, хотя от усталости она больше походила на бестелесный разум, нежели на живую женщину.

– Столь же беспечно, как и он в свое время отнесся к гибели семьи Люка, – пожала плечами мисс Бирн. – Мерзавец еще легко отделался, учитывая обстоятельства. Пустить себе в голову пулю в удобный момент гораздо лучше, чем внезапно утонуть.

– Что?!

Женщина уставилась на нее с сокрушенным видом.

– О боже, он вам ничего не рассказывал…

От чая на пустой желудок Хэтти затошнило.

– Муж говорил, что они утонули в результате несчастного случая, – пробормотала она. – И что Ратленд владел шахтой, где он работал в детстве.

– Они утонули в шахте, – проговорила мисс Бирн, – причем из-за преступной халатности Ратленда.

Гостиная закружилась, словно особняк начал погружаться в зыбучие пески. Благодаря двум десятилетиям строгого воспитания Хэтти сидела спокойно, с прямой спиной. «Почему, – хотелось ей закричать, – почему он мне не сказал? Почему об этом знает чужая женщина?»

Она поставила чашку на стол.

– Мисс Бирн, – проговорила Хэтти, – вы не будете столь любезны рассказать мне, что случилось на шахте?

Женщина посмотрела на нее пристально.

– Не знаю, вправе ли я, – возразила она. – Если Люк этого не сделал, то у него есть причины.

– Полагаю, его причины заключаются в том, что он страдает от задержки эмоционального развития и считает, что легче построить деловую империю с нуля, нежели делиться подробностями своей жизни с женой.

Мисс Бирн прыснула от смеха.