Каждый раз когда Гиталия думала, что подобрала нужное слово в человеческом языке, она гордо улыбалась, как пятиклассница, которой поставили «отлично» в дневник.
— Вот уж подбодрила…
— Внизу живет Огромная Человякорезка! Прыгает вот так из-под земля! Она «клац-клац» человяков на маленькие кусочки! Кровь везде, много крови, руки и задницы во все стороны! — гоблинка активно жестикулировала руками, описывая чудовище.
Мне оставалось только догадываться, что за монстра она описывает, но уже страшно.
— А еще там жить Слепой Синяк. Он опасный. Слепой, но нюхалка хороший. Занюхает тебя далеко, догонит быстро быстро, а потом засадить копьем в ж…
— Да да. Я понял, Гиталия, в задницу. Можешь не продолжать.
Энтузиазм гоблинки убавился и она притихла, опустив глаза.
Из-за ее акцента и искалеченных слов рассказ выходит еще страшнее, чем есть на самом деле. Я надеюсь, что она просто любит преувеличивать.
По дороге мы встречали других путников. Многие выглядели беззаботно, словно спустились в подземелье пожарить мяса на костре, другие же были в крови, с разбитым снаряжением, и полными сумками.
Спустя примерно час ходьбы, мы услышали впереди очередные голоса.
— Погоди, я сменю бинт. Вот так, нормально? Посидишь здесь?
— Я же говорил надо было взять свиток телепортации! Уже бы попали к лекарю!
— Так и купил бы. Почему я всегда должен брать эти свитки из своих денег? Они не дешевые! Мог бы хоть раз и вложиться!
— Я все потратил на молот! И если бы не он, то тебя бы сейчас доедал крот!
— Ты его даже не убил! Максимум напугал! Сходили в минус, теперь еще и лекарю серебро отдавать. Я не собираюсь за твою ногу платить!
Я сбавил шаг и присмотрелся. Здесь все еще были огоньки вдоль стен пещеры, так что увидеть неизвестных было легко. Двое лет по двадцать каждому, у одного поврежденный щит и меч, другой держит в руках молот с длинной рукоятью. даже сидя, держится за рукоять. Тот, что с молотом ранен, второй перевязывает ему ногу. Одеты они получше меня. На груди у каждого красуются бликующие от света значки или медали.
Не лучший момент приближаться к компании, когда они ссорятся между собой, но ход узкий, обойти не проучится. Так что мы шли дальше.
— Приготовь лук на всякий случай — тихо сказал я гоблинке — Если что — стреляй по ногам.
Было в их внешности и поведении что-то отталкивающее. Как у гопников, которые стоят без причины в темном углу двора и обсуждают все, что попадется на глаза агрессивным тоном без причины. Я был готов защищать себя и зеленую любой ценой.
Гиталия кивнула и сняла лук с плеча, затем натянула тетиву.
Когда мы приблизились, один из них нас заметил, он обратился ко второму:
— Глянь, гоблинка голая.
— Я тебя сейчас здесь брошу и пойду один — огрызнулся второй.
— Серьёзно! Она в одной тунике, вон там! — он указал пальцем в сторону Гиталии.
— Приветствую — сказал я и остановился в паре метров от компании — Вам нужна помощь?
— Легкого спуска — отсалютовал тот, что с щитом за спиной.
— Ага, и тебе не хворать — поздоровался молотобоец — Помощь бы пригодилась с золотишком. У тебя как, есть немного? Нам даже на телепорт до дома не хватает.
— Золота нет. Мы все здесь пришли чтобы подзаработать, но у меня есть свиток возвращения. Я могу вам его продать — сказал я, стараясь подметить как можно больше деталей у этих двоих.
Тот, что сидит на камне с молотом имеет серьёзную рану. Скорее всего, он не может даже стоять на двух ногах, не говоря уже о битве. Вдруг система вывела перед глазами описание его значков на груди:
Кажется, это что-то вроде достижений в играх. Значки красивые, из чистого металла, похожего на бронзу. Уже одни эти достижение дали понимание того, кто этот человек. Людей он любит убивать куда больше, чем гоблинов. Заставляет задуматься.
Его напарник слегка подран, хромает, но ходит уверенно. Штанина разорвана, на ноге запёкшаяся кровь, на щите трещина, скорее всего, он расколется при блокировке следующего удара. У него также были «медальки» на груди:
— Не, мы покупать ничего не будем не будем — сказал «Убийца людей» — Давай нам свиток и идите куда шли, разойдемся миром.
Щитовик шикнул на напарника:
— Отстань от них. Видишь, у него даже рабыня не одета, тоже нищие, как и мы.
— Ваше дело — сказал я и пошел дальше, подтягивая Гиталию за собой — Приятно вам оставаться и быстрого подьема.
