— Эй-эй! Мы вообще-то разговариваем, ты куда собрался, а? — повысил голос молотобоец.
— Ты можешь предложить что-то взамен телепорта? Если нет, то мы уходим.
— Как насчет арбалетного болта в лоб?
Молотобоец оскалился в шакальной улыбке и резко вытянул руку, за которой я не уследил. На меня направлен небольшой ручной арбалет. Не смотря на скромные размеры, я был уверен, что с такого расстояния выстрелом из этой вещицы можно и убить.
Гиталия среагировала почти мгновенно. Когда незнакомец только дернул рукой, гоблинка уже потянулась за стрелой, затем вложила ее на тетиву.
— Стойте! — вмешался щитовик, выставив руки в примирительном жесте и повернулся к своему напарнику — Что делаешь, идиот⁈ Ты раненный, а эти — совсем зелёные еще, с них нечего брать.
— Ага, я как раз вон ту зелёную и возьму, будет с кем ночью покувыркаться — молотобоец облизнул губы, глядя на Гиталию.
Я кивнул Гиталии на щитовика и тут же засвистела тетива.
С криком воин схватился за ногу и повалился на пол. Стрела вошла глубоко, крик боли наполнил пещеру.
Я юркнул вниз и в бок, арбалетный болт разорвал мне мочку уха, затем звякнул об стену пещеры за спиной.
— Да я ваши головы к стене приколочу! — крикнул молотобоец, доставая новый болт из подсумка на поясе.
Я выпрямился и громко произнёс заклинание.
— Ig burned as morte!
В тот же момент взмахнул рукой и хлопнул молотобойца по кровавой повязке на ноге.
Еще в замахе я ощутил как моя ладонь стала очень горячей. Она пролетела вниз, оставляя огненный шлейф за собой. Время будто замедлилось. Как только я коснулся рукой бедра молотобойца, он заорал как резаный, выронил арбалет из руки, и начал дергаться, пытаясь встать.
Гиталия не позволяла щитовику подняться, тот держался за стрелу в ноге, стонал и корчился. А зеленая направила ему в лицо заряженный лук.
Я крепко сжал пылающую руку на бедре незнакомца, уже через секунду он потерял сознание и обмяк. Вокруг появился запах паленых волос и жареного мяса. Я прождал еще секунду и убрал руку.
Повернулся к шитовику, замахнувшись огненной ладонью.
— Тебе добавить?
— Нет нет нет! Прошу, не надо!
Мысленно отсчитал время, как раз прошло секунд пять. Так что я решил попытать удачу и задействовать немного актерской игры.
Я щелкнул пальцами и моя ладонь приобрела обычный вид, а я широко улыбнулся щитовику.
— Только что я остановил кровь твоему другу. Он дышит и теперь доживет до лекаря. Получается, я оказал вам услугу. Я принимаю оплату медяками, серебром и золотом — сказал я, нависая над воином.
— Слушай, я здесь не причем. Этот идиот постоянно напрашивается. У меня с собой только десять медяков.
Я вздохнул.
— Я не хочу тебя убивать, но вот гоблины… — кивнул в сторону Гиталии — Гоблины не любят людей. Ты ведь понимаешь, что она не уйдет с пустыми руками?
Щитовик перевел перепуганный взгляд на гоблинку. Гиталия оскалилась обнажая единственный острый клык.
— Ох, подземье! Чтоб тебя крот догнал и задрал! — матерился незнакомец, подползая к телу своего приятеля.
Он срезал с его пояса мешочек, раскрыл его и добавил внутрь десять собственных медных монет, затем кинул мешок мне. При приземлении на мою ладонь, тот приятно звякнул и тяжестью осел на ладони.
— Держи, забирай. У него много было примерно пять серебряников, но у нас больше нет.
Я удовлетворительно кивнул и начал по-дружески:
— Уходил бы ты от него, он тебя сегодня чуть в могилу не загнал — сказал я, затем вытащил из своего пространственного склада свиток «возвращение» — Держи, отправляйтесь к лекарю.
Щитовик шокированно смотрел на меня, потом на свиток и снова на меня. Он взял себя в руки и забрал свиток.
— Спасибо! Спасибо тебе! Пожалуй, я так и сделаю прямо сейчас — сказал он, а затем, не открывая, бумагу произнес текст заклинания.
Его тут же окутала магическая синяя дымка и спустя две секунды она развеялась. Щитовик исчез. Он словно растворился в этой дымке.
Я хмыкнул и только сейчас ощутил на своей шее кровь. Затем меня догнала боль от разорванной мочки уха.
— Черт… — я присел, и покопавшись в сумке на поясе, достал заживляющую мазь, которая помогает остановить кровь.
На рыночной площади я закупился расходниками на все медяки, так что у меня были мази, противоядия и бинты на все случаи жизни. Рана совсем не смертельная, так что я даже не придал значения ей. Боль начала утихать и я посмотрел на валяющегося без сознания человека.
— А вот и тяжелый моральный выбор… — проговорил я тихо сам себе.
— Пристрелить плохого человяку? — спросила Гиталия, направив стрелу на лежачего.
— Нет. Постой. Я думаю.
Я присел на корточки, рассматривая бедолагу.
Я ненавижу идиотов.
Мне его совсем не жаль. Наверное, если он сдохнет здесь, на верхних уровнях подземелья, я буду по прежнему крепко спать и даже не почувствую ничего значительного. Я, конечно, никого не убивал, но сейчас очень ярко это представляю. Меня абсолютно не заботит жизнь того, кто хотел забрать мою жизнь, причем без повода. Обычный грабеж пошел не по плану, и вот уже разбойник сам лежит передо мной без сознания.
