Мой маленький монстр полностью

Я закатываю глаза: "переживать должен ты, полудурок, как бы я тебя случайно в проруби не утопила". Моё настроение от такой невинной фантазии тут же уверенно ползёт вверх.

– Не знала, что ты родом их Мухосранска, – расплываюсь я в злобной улыбке. – Какие ещё тайны скрывает твой стрёмный фасад?

Хорошо нас не слышат воркующие на передних сидениях родители, а то бы мне влетело. Раньше я не использовала в своей речи жаргонных словечек, но желание побольнее уколоть Рината срывает с моего языка все ограничители.

Зрачки парня сужаются, отчего цветовой контраст его глаз становится ещё более явным. Я же никак не могу оторвать от них взгляда. Когда он смотрит на меня, находясь так близко, во мне начинает гудеть кровь. Необъяснимая тревога перекрывает кислород, и немеют пальцы. Очень двоякое ощущение, с одной стороны вроде как приятно, но при этом поджилки трясутся от неясного беспокойства. Да так, что хочется на ходу выскочить из авто, и бежать без оглядки не разбирая дороги.

Проехав ещё немного, машина плавно тормозит у высокого забора. На улочке в такой мороз ни души, только пару собак выглядывают из-за высоких сугробов, с немой надеждой уставившись на пакеты в отцовских руках. Бродячие, наверное. Ринат, тут же просит у отца буханку хлеба и, разломав её на части, кормит блохастых попрошаек. "Ну, начинается…". Смотреть, как парень рисуется перед довольным его поступком отцом, нет никакого желания, так что никого не дожидаясь, захожу во двор. Идти в школу с насморком мне совсем не улыбается. А если начистоту, болею я крайне редко, просто ревную, и это меня бесит ещё больше.

Домик у бабушки Рината на удивление приличный, в два этажа и с просторными комнатами. Старомодная мебель соседствует с современной техникой, не дорогой, конечно, но вполне рабочей. Полы застелены самоткаными половичками, везде кружевные салфетки, приятно пахнет домашней выпечкой и сушеной ромашкой, ну, и ковры на стенах, куда ж без них, тоже присутствуют. В целом погостить можно. Сама хозяйка на вид довольно милая и безобидная, но я на всякий случай сохраняю дистанцию, мало ли, от Трошиных всего можно ожидать.

Помимо нас, приехали сёстры Илоны, со своими мужьями и детьми, так что компания собралась большая. Мне повезло – у Рината имеются две двоюродные сестры, примерно нашего возраста. Поэтому спихнув на парня совсем уж сопливых карапузов (а их трое и они очень шумят) я увожу девчонок в выделенную мне комнату на втором этаже. Моё дружелюбие продиктовано отнюдь не благими намерениями, а желанием вытянуть из простодушных девочек парочку постыдных фактов о Ринате. Послезавтра зимние каникулы заканчиваются, и подобная информация может более чем пригодиться, ведь учиться нам предстоит в одном классе. И чего он так поздно в школу пошёл? Тупой скорее всего.

– Повезло тебе, Карина, – мечтательно шамкает Ленка, прожёвывая очередной рогалик. – Живёшь в большом городе, да ещё и в одном доме с Ринатом.

Я давлюсь чаем. Насчёт последнего можно и поспорить, но они здесь не для этого.

– Да ну, он такой грубиян – деланно вздыхаю я, наблюдая за тем, как карапузы радостно валяют Тролля в сугробе. Вот, что он за тряпка? Я бы их за такие игрища туда закопала, и откопать потом забыла.

– Да не может быть! – вступается за двоюродного брата девчонка помладше, Света, кажется. – Ринат знаешь, какой хороший?

Что ж, моё дело сделано. Теперь можно расслабиться и запоминать, не забывая изредка подавать признаки жизни.

В корявом изложении сестричек, жизнь Рината выглядит как сочинение первоклашки – скупо и банально. Растёт без отца, не ноет, уважает мать, делится конфетами. Если хорошо попросить, может и все отдать. Дуры… он их, скорее всего, попросту не любит. Никаких пикантных подробностей. Разочарованно вздохнув, я уже подумываю выставить их за дверь, под предлогом усталости, но тут Ленку озаряет идея:

– Ой, девочки, святки же! Айда гадать на суженного?

– Наверное… давайте, – теряюсь я. Ранее подобные развлечения меня не интересовали, но предвкушение волшебства делает своё дело, и я соглашаюсь. То ли близость к природе на меня так действует, то ли мне передаётся волнение сестричек, не знаю, но мы с азартом, приступаем к исполнению задуманного.

Первым делом решаем погадать на то, каким будет суженный. Раскладываем на полу мисочки с зерном и водой, Света жертвует своё карманное зеркальце, а Ленка, тем временем связывает лапы наглой, хохлатой курице. Я же лениво руковожу процессом, в котором толком ничего не смыслю. Рассудив, что всё готово, торжественно впускаю в комнату ждущего за дверью Рината. Ему досталось задание принести петуха.

– Если к зерну пойдёт – богатым будет – вводит меня в курс дела Светка. – Если к воде – пьяницей; к зеркалу – красавцем, ну, а к курице – бабником.