— Я оставляю вам свой пояс на изучение, а сам приведу сюда подопытного для следующей дисциплины. Кстати, Сикор, договорись с Хорунжим, чтобы такие пояса вошли в форму для нашего подразделения. Пока у вас нет своих — потренируйтесь с моим.
Пока они рассматривали это «чудо инженерной мысли», я направился в казарму. Пройдя между спящими людьми, я подошел к Колину и скинул его с кровати.
— Бегом на тренировочную площадку.
— Я… Что… — залепетал он.
— Солдат должен быть готов к выполнению боевой задачи в любое время.
Поскольку теперь я был сержантом, он не посмел мне возразить и начал одеваться.
— Беги так. Ты не в форме мне нужен.
Он, как был в исподнем, сунул ноги в сапоги и побежал. Я, чуть задержавшись, взял головешку из печки и пошел за ним.
Когда я подошел к своим, он уже зябко ёжился рядом. Все, включая Сикора, смотрели на меня непонимающе.
— Солдат, раздевайся полностью, сказал я.
Колин дрожащими руками снял с себя последнее тряпье.
— Солдаты, как вы знаете, ваша задача не только убить противника, но и допросить его в боевых условиях. Более того, абсолютно не факт, что вы сможете его потом с собой забрать. Как же это сделать быстро и так, чтобы вам не соврали? Смотрите. Как вы знаете, я немножечко Зеленый. Но это не значит, что я добрый дядюшка, готовый лечить поцелуями царапинки на ваших порезанных пальчиках.
Солдаты гыгыкнули.
— Это значит, что я знаю человеческое тело. А тело человека — интересная штука. Например, на нем есть специальные точки, при нажатии на которые жертва испытает сильную боль, или не сможет даже закричать, или у нее отключатся руки, ноги. Сейчас я вам продемонстрирую:
Я взял уже потухшую головешку, перестроил свой диапазон видения в зеленый спектр и расставил на теле несчастного Колина несколько точек. Все, открыв рот, смотрели за моими манипуляциями.
Я надавил на точку около локтя. Колин задергался и тоненько закричал. По его телу начали прокатываться судороги.
— Думаю, сейчас вы можете задать ему любой вопрос, и он с удовольствием на него ответит, правда, Колин?
Тот мелко закивал в ответ.
— А есть, например, точка на шее, при нажатии на которую вы можете одной рукой контролировать самого агрессивного вооруженного человека — он будет вести себя как беззащитный ребенок.
Я продемонстрировал и это действие.
— Чтобы вам не казалось, что Колин подыгрывает мне, попрошу подойти Сикора. Ни у кого нет сомнений, что это боец высочайшего класса, однако смотрите: я нажал на эту же точку на шее Сикора, и мы прошлись с ним кружок.
На его лбу выступил пот.
— Сикор, попробуй мне сопротивляться.
Он только молча помотал головой — явно ему было не до того.
Когда я отпустил его, он мешком опустился на землю. Минут через 5, он сумел поднять голову и сказать охрипшим голосом:
— Ну и Учитель у тебя был, Юджин. Я вообще ничего не мог сделать.
Я показал на несчастном Колине еще несколько интересных точек, включая точку на горле, которая отключала голос, и точку, которая потом его возвращала.
— Потренируйтесь на Колине. Пусть он послужит Родине. Ведь солдат должен уметь терпеть боль, правда?
Он мелко затряс головой, соглашаясь.
— Не бойтесь, вы его не покалечите — фатальные точки вам знать пока рано. Я думаю, что договорюсь в лазарете — у меня там знакомство и Колина за завтра починят. Тогда он опять с удовольствием нам послужит, правда?
Все, кроме Колина, заулыбались.
Затем я ментально связался с Креоной:
— Привет труженицам медицины!
— Юджин! Ты! Как ты сумел? Ты же неавторизованный Зеленый? Давно ты это умеешь?
— Всегда мог. Ты не рада? Иначе как бы я услышал, что на вас напали?
— Я не подумала об этом. Просто позвала тебя, потому что очень испугалась.
— Я, Женщина, многое могу. И хочу.
Она явно хихикула на той стороне.
— Креона, часа через два к вам доставят Колина. Он будет не в лучшем виде. Не задавай вопросы, пожалуйста, и просто подремонтируй его — завтра к вечеру он должен быть как новый. Он теперь для Родины служит лабораторной крысой.
— Что вы с ним делаете?
— Креона, я же просил не задавать вопросов. Мы на его примере изучаем тело человека.
Через пару часов тренировок Орек оттащил почти бесчувственного Колина в лазарет.
Когда я, уже ночью, пришел к Креоне, она накинулась на меня с расспросами:
— Что вы ним делали? Его периферийная нервная система повреждена, на грани срыва. Он только услышал твое имя — сразу задрожал. Мои силы, после начала общения с тобой, возросли многократно, и то я измучилась приводить его в порядок. И на нем сажей были отмечены точки боли — это закрытая часть школы Зеленых. Откуда ты об этом узнал?
— Я тебе потом все расскажу, а пока просто приводи его в порядок. С недельку он будет приходить к тебе такой. И, к тому же, я не все точки на нем отметил.
— Я обратила на это внимание. Кто ты?
— Я … Я Юджин.
Я снял с нее ночнушку, развернул к себе спиной и стал мять и перебирать ее груди. Честные и любимые груди, выкормившие двоих детей. Потом я нагнул ее вперед и вошел в такое родное для меня, разработанное мной и ждущее меня влагалище.
На сей раз я вкачал в нее значительно большее количество серого, чем обычно.
