Уже вечерело, когда мы вышли на площадь, где после интронизации Императрица должна была выступать перед народом. На столбах висело 15человек. И старик, и мужчины, и женщины, и даже двое детей. У каждого на груди была надпись: «Член их семьи совершил нападение на Императора». Народ с ужасом смотрел на трупы и побыстрее проходил мимо. На самой площади уже вовсю колотили помост для завтрашнего мероприятия. Вот это место мне совсем не понравилось! Проконтролировать все было просто невозможно.
— На балконах всех окружающих домов расставьте своих людей. На крышах тоже.
— Так далеко же…
— Не надо недооценивать врага, вы видели с какой скоростью кинулся к Ее Величеству сегодняшний самоубийца? Видна была отличная подготовка, согласитесь. А ведь он не мог не понимать, что, даже если он ее убьет, то живым не уйдет. Вот и подумайте, какая у него должна была быть мотивация.
— Да уж, протянул Ореорн и сделал очередную пометку в блокноте.
— Когда завтра начало?
Офокл:
— В Замке в 11.00. Проявление верноподданнических чувств и подтверждение вассальных клятв — до 15.00. У каждого будет не более 10 минут. На площади — с 15.30. Обычно по поводу интронизации для народа делают пир за счет казны, но сейчас казна пуста — все ушло на войну. А Главный Казначей — вон он и Офокл указал на висящего на столбе старика.
— Вина найдем?
— Это можно, в погребах есть.
— Ну давайте этим и ограничимся. Что делать — война, и не самая успешная. Ладно, давайте каждый по своему плану дальше. Завтра в 9.00 у нас. Надо будет забрать платья и все необходимое. Ее Величество в Замок я сам доставлю.
— Когда?
— Не волнуйтесь, она успеет переодеться.
Все кивнули и разошлись.
Я бегом помчался к дому. Около входа толпилось еще 3 или 4 представителя ателье со своими платьями. Они смотрели друг на друга волками и тихо переругивались.
Уже подходя ближе я заметил, как одна из «самых умных» подкралась к платью конкурентки и отхватила от него большой кусок ножницами.
Я подошел:
— Милан!
Он тут же передо мной нарисовался и вытянулся в струнку. Лицо его было вполне спокойно — он сделал свой выбор и подтвердил клятвой.
— Эту — я показал на женщину, вырезавшую кусок, послезавтра пороть на площади. 20 ударов. Ателье отобрать и отдать вот этой — я показал на другую даму, которая в ужасе смотрела на безобразную дыру на платье.
— За что?! Заорала преступница.
— Недобросовестная конкуренция. Будешь возмущаться — рассмотрим вопрос о государственной измене. Возможно, именно это платье, которое ты испортила, было нужно Императрице.
Она смертельно побледнела, а Милан хищно оскалился.
— Есть! сказал он.
Я вошел в дом. На втором этаже была слышна суета и женские голоса. Почувствовав, что я пришел, спустилась Кентакка.
— Хозяин, вроде выбрали два платья. Но никак не можем договориться окончательно. Кошмар какой-то!
— Сколько вам еще?
— Час, не меньше. Жена Сиакира, госпожа Малока нам очень помогает.
— А где сам Сиакир?
— Опять спать положили, в другую комнату.
— Что Креона говорит?
— Ей тоже оба нравятся, расстроенно сказала Кентакка.
— Так, у вас час. Мне еще с вами поработать надо. Куда труп дели?
— На улицу вытащили, чтоб не мешал. Пришли — его уже нет.
— Ну и ладушки. На корм пошел.
Кентакка вздрогнула.
— Я пошел к Сиакиру. Мне с ним тоже поработать нужно ну и подумать немного. Давайте, заканчивайте.
Кентакка умчалась наверх.
Я зашел в комнату, где спал Сиакир и закрыл дверь. Потом вкачал в него немного серого, чтобы поддержать и скачал с него всю информацию — Фрике без нее никуда. Некогда ей в Университетах учиться.
Через некоторое время ко мне вошла Кентакка:
— Хозяин, мы измучились. Посмотрите Вы пожалуйста.
Я зашел в соседнюю комнату. В центре стояла пожилая дама очень, как бы это сказать, презентабельного вида, две красные как рак хозяйки ателье и Фрика. На ней было нежно-зеленое платье. Вроде, как и закрытое, но подчеркивающее ее красоту и изящность фигуры. Юбка была достаточно пышная, на ногах те самые туфли с приема. Они все обернулись ко мне.
— Здравствуйте Дамы! Как я понимаю, я последняя надежда. К тому же я, если что, и буду во всем виноват?
Улыбнулись только мои и Малока.
— Если по мне, то очень красиво и достойно. А другое?
— Зайдите через 10 минут, сказала Малока.
Я вышел. Походил туда-сюда в коридоре. Отворилась дверь, и я вошел. Это платье было нежно-желтым и совершенно воздушным с открытым декольте. Фрика в нем смотрелась… одухотворенно. Все посмотрели на меня.
— Однозначно зеленое, сказал я. Одна из хозяек ателье расплакалась, а другая расцвела как цветок.
Обе мои барышни одновременно ментально спросили:
— Почему?
— Желтое тебе, безусловно, больше идет, но ты будешь в кольчуге. Извини.
Обе одновременно кивнули, понимая, что я прав.
Фрика обернулась и сказала:
— Завтра буду в зеленом. Спасибо, конкурс закончен. Второе тоже возьму — редко попадаются такие красивые вещи. Еще раз спасибо, можете идти.
Обе поклонились и вышли.
— Госпожа Малока, сказал я, мы Вам очень благодарны за помощь. Если хотите, можете остаться здесь, с мужем. Можете в его комнате, можете в любой другой.
