Я обернулась, облизываясь в предвкушении и выискивая взглядом платье. Несмотря на то, что после свадьбы мой гардероб был полон роскошных нарядов, я пока надевала лишь два из них…
Что-то на полу крайне мне не понравилось. Я могла поклясться, что вчера этого не было. Небольшое пятно, очень заметное на светлом ковре, поэтому я подошла и наклонилась, рассматривая его.
Пятно засохло. Размером в треть моей ладони, аккуратной, почти правильной круглой формы. Кажется, оно было красным.
Что это – кровь?..
Мне показалось, что я простояла так на коленях довольно долго и никак не решалась дотронуться до пятна. Я понимала, что крови неоткуда здесь взяться, и не увидеть раньше я его не могла, и никто не мог пролить что-то… На самом деле прошло не больше минуты. Время – штука странная.
Я поднялась, отряхнула платье и задрала голову к потолку. Проскочила какая-то нелепая догадка, что, может, туда попала и погибла крыса или еще какой мелкий зверь, но нет, на потолке не было пятен.
«Летисия могла порезаться», – это было самым простым объяснением. Да, она вполне могла, не имело никакого смысла забивать себе голову происхождением этого пятна. «Можно просто спросить у нее». Да, можно.
Я подошла к двери и отперла ее. Замок слегка заедал, но пользовалась я им нечасто – пару раз в самые первые дни, когда я видела, что муж уезжал, я запиралась. Так мне было спокойнее, потом я заставила себя не потакать своим страхам. В конце концов, лорд Вейтворт был прав и мне ничего не угрожало в этом доме.
В коридоре стояла тишина, и во всем доме, похоже, тоже, если не считать доносившихся из кухни покрикиваний Алоиза на поварят. Во время готовки повар священнодействовал, я так и не рискнула поприсутствовать, хотя готовить любила и умела, но Алоиз слишком нервничал, когда кто-то покушался на его владения. Даже своих помощников он выносил с трудом, в чем я смогла убедиться, когда вместе с Летисией осматривала дом. Поварята летали по кухне как воробьи, подгоняемые криками и полотенцами, а при виде нас Алоиз подобострастно вытянулся и состроил такую физиономию, что я предпочла быстро уйти, пока в меня что-нибудь не полетело.
Это все потому, что мне нечем заняться, сказала я себе. Руки женщины должны быть заняты шитьем, готовкой или ребенком, так меня учили, но выбор сейчас у меня был невелик. Шитье, мой бальный наряд.
Я нашла в шкафу и надела платье попроще, которое не требовало помощи горничной. Подобный покрой считался домашним, и я понадеялась, что полицейские уже покинули усадьбу. Волосы я тоже заплела в обычную косу и поймала себя на забавной мысли, что признала себя хозяйкой этого дома настолько, что позволяю себе выглядеть так, словно не собираюсь покидать эти стены.
Почему-то проговорить это про себя оказалось не так уж и сложно. Хозяйка дома. То, к чему стремилась каждая девушка, и у меня не просто дом – имение, хозяйство. Да, то, что принадлежит королю, принадлежит королю, но территория усадьбы – моя и моего мужа. Или моего мужа и моя, что, впрочем, не так уж и важно.
А летом я смогу осуществить заветную мечту – разбить настоящий сад. Какое-то подобие мы с сестрами делали в палисаднике дома прадеда, но в большом городе это было совсем не то.
Интересно, подумала я, муж разрешит мне построить беседку?
Я воодушевилась. Моя новая жизнь была не так и плоха, меня ждало много забот и хлопот, и совершенно некстати была мысль про мужа и то, что это не исключило того, что я его все еще если и не боялась, то не принимала. Но, может, и он был не так страшен и плох? Холоден, но для мужчины это не недостаток?
Я приоткрыла дверь на кухню и сразу поймала летящее в меня полотенце.
– Миледи! – хрипло вскрикнул Алоиз, и мне показалось, он чудом удержал себя от того, чтобы не шлепнуться на колени. – Миледи, это было не в вас!..
– Конечно, – шепнул у меня за спиной поваренок. – Он метил в меня, миледи, только вот не попал.
– За что же? – спросила я. Поварята – так назывались помощники повара, но мальчишкой лет четырнадцати был один из них, сейчас пытавшийся не уронить в раковину огромную пустую кастрюлю. Тот парень, в которого кинул полотенце Алоиз, был мне ровесником.
– Бить их надо, миледи, но его милость против, – пожаловался Алоиз и приказал: – Джаспер, немедленно приготовь ее милости завтрак. И пошевеливайся, балбес!
Я перевела это как «проваливайте отсюда, ваша милость». Алоиз не был не в духе – это было его обычное настроение, но я решила, что все-таки вытребую себе время, чтобы что-нибудь приготовить – позже.
– Прошу, миледи, в малую столовую, – склонился в небольшом поклоне Алоиз.
Я изо всех сил постаралась не хмуриться недоуменно, но не вышло.
– Вторая дверь справа от этой, – подсказал Алоиз, видимо, поняв, что я еще не настолько хорошо ориентируюсь в доме.
Я покинула кухню с некоторым сожалением. На стойке я успела заметить великолепные пряности – такие дорогие, что только дед мог позволить себе бросать их в праздничные блюда.
