Но это был не тот насущный вопрос, который меня тревожил, хотя я и правда очень хотела есть. И поэтому я набросилась на еду так, как не подобает леди – едва не давясь вкуснейшими булочками, тонко нарезанной ветчиной и запеченным яблоком со взбитыми сливками и перечно-соленой карамелью.
Алоиз был искуснейшим из поваров, бесспорно.
И все это время я старалась не смотреть на пятно. Оно было, как я ни избегала бросать на него взгляд, когда вошла, я прекрасно его увидела. Может быть, это пятно было причиной тому, что лорд Вейтворт практически обрекал меня на заточение в убежище Ясных созданий, потому что… потому что принять меня обратно после такого он просто не мог. Либо жена опозорена и наказана, либо муж опозорен и с этим смирился. Здесь, в глуши, вряд ли кто-то обратил бы внимание на мой отъезд настолько, чтобы не подать лорду Вейтворту больше руки, но он был лордом-рыцарем, и если бы этот поступок стал известен хоть кому-нибудь при дворе…
Что жены бывали неверны до брака, я знала. Не до такой степени я была наивна и несведуща в свои неполные двадцать два года. И поступали с ними по-разному, но чаще всего оставляли позор за дверями спальни. Так было проще для всех.
Я не была ни в чем виновата, кроме как в том, что вышла замуж за человека, на землях которого нашли подозрительное мертвое тело. Но, несмотря на весь ужас того, что меня ожидало, мне не хотелось даже рыдать. Я тоже вела себя очень странно – не так, как могла бы сама от себя ожидать, так почему же меня смущает поведение остальных в этом доме?
– Миледи?
Чтобы окончательно представить себя не леди, я повернулась и с удовольствием понаблюдала, как в ужасе отшатнулась от меня, довольно облизывающей пальцы, моя чопорная горничная. Насколько ей происхождение позволяло, конечно, быть чопорной, но мне удалось немного сбить с нее спесь.
– Вот это пятно, Летисия.
– Да, миледи. Я видела. Оно не только у вас, умоляю, не говорите его милости, он сживет меня со свету, если узнает, что я проговорилась об этом вам. Эти пятна по всему дому. Не то чтобы их было много, но их видели все, все… Если бы я знала, заперла бы свою комнату и вам велела бы запереть, миледи, я…
– Летисия, – сказала я очень спокойно. Чего ждать от других, раз сама себя удивляешь раз за разом? – Моя комната была заперта изнутри в эту ночь.
Я смотрела, как Летисия резко бледнеет, отступает назад, конечно, ее напугала не я, а сам факт, может, еще и мое спокойствие. И я находила объяснения тому, откуда могло взяться пятно.
Кто-то мог невзлюбить меня до такой степени, что не побоялся воспользоваться ситуацией. Полиция считает, что это оборотень? Напугаем приезжую дурочку, которую никто здесь не ждал, и заставим лорда Вейтворта сделать так, что она навсегда исчезнет. Как только он отошлет ее в безопасное место – подставит себя под возможный позор, если примет ее обратно под крышу своего дома. Почему бы не дать ему шанс?
Но кто меня мог невзлюбить, я не знала. Допускала, что мой муж мог иметь любовницу – родственницу любого из слуг, живущих здесь… Все равно звучало неправдоподобно. Лорды не женятся на простолюдинках, что бы их к этому ни вело.
Возможность накапать кровью была. Кухня, скотный двор. Никто не проверит, человеческая ли кровь, это ведь невозможно.
И комната моя была заперта.
– Это чья-то шутка, Летисия. Я никуда не поеду.
– Я понимаю, миледи, – быстро заговорила она. – О, я понимаю, но…
– И кто сказал, что я буду в безопасности в другом месте.
– Его милость приказал вам уехать, – Летисия почти простонала. – Он не мог не подумать о том, как это поймут, но он хочет как лучше.
– Или нет, – ровно отозвалась я.
Что же мне делать?
Я отошла и села на кровать. Летисия отмерла наконец, позволила себе съесть оставшуюся булочку, вытерла руки небольшой салфеточкой – наверное, как укор мне: вот что подобает сделать после завтрака леди, – и стала собирать мои вещи. Я наблюдала за ней и поняла все не сразу.
– Зачем ты берешь столько вещей? – спросила я, когда увидела, что Летисия накидала на кровать рядом со мной кучу платьев и, пыхтя, выдвигает из стенной ниши огромный сундук. – О…
Жена приходит в дом мужа, почти ничего не имея. Если она покидает дом мужа с вещами, которые приобрела в браке, никто не решит, что муж ее выгнал.
Особенно если заставить кого-нибудь посмотреть на этот огромный багаж.
– Милорд приказал собрать вас как положено, – ответила Летисия. – Он несколько раз повторил мне, миледи, как будто я кажусь ему дурочкой. Да что я, не понимаю, как следует вас отправить. И он понимает.
Да, отстраненно подумала я. Мне хочется выглядеть умной в своих собственных глазах, выходит не слишком хорошо. Я не могу догадаться об очевидных вещах.
