От головы до пальцев ног, она выглядела готовой для красной дорожки. Ее шелковые темные волосы спадали каскадом, будучи почти не уложенными, что шло ей лучше всего. Это было по-человечески невозможно
Во рту у меня вдруг пересохло.
Внезапно опомнившись, я быстро подскочил, почти столкнувшись с Тимом, когда он шел открыть ей дверцу.
— Нет, все хорошо, я сам, — сказал я ему, пытаясь пройти мимо, пока какой-то раздраженный водитель сигналил нам из-за того, что мы заблокировали часть дороги.
К тому времени, как я обошел его, она уже забиралась внутрь. Я вздохнул и вернулся на свое место. Вот вам и рыцарство.
— Ты должна позволить мне открывать для тебя дверь, — сказал я, и она наградила меня ошеломленным взглядом.
— Кажется, произошла путаница, — сказал она, пожав плечами. — Думаю, мне не нужны помощники.
Этот день обещал быть очень длинным.
Я нажал на кнопку, чтобы поднять перегородку между нами и водителем, и повернулся к ней.
— Одно дело здесь, где никто нас не заметит. Но когда нас могут увидеть, ты должна вести себя, как моя девушка. Словно ты ожидаешь, что я буду обращаться с тобой, как с принцессой.
Она закатила глаза.
— О Боже мой, что это? Царская Россия? Подожди, я знаю, возможно, мне стоит спать на сорока матрасах с горошиной под ними, чтобы доказать простолюдинам, что я стою твоей любви.
Всплеск раздражения в моей груди действительно стал облегчением. Она не изменилась.
— Просто верь мне, Дженна. Я знаю этот мир. Ты — нет.
— Хорошо, что же, я достаточно уверена, что жена Марка Цукерберга сама открывает дверь, когда садится в его Хонду Фит. Просто то, что ты богат, не значит, что ты должен вести себя, как отвратительный аристократишка.
— Нам нужно привыкнуть, — сказал я строго. — Люди заметят. Мои наставники — люди, которые для меня как родители. Они старомодны. Нужно, чтобы они увидели, что я забочусь о тебе.
Она немного раздумывала молча, со скрещенными руками на груди — защитная поза — но я видел, что она начинала расслабляться. Она действительно не знала этого мира и понимала это сейчас. Но споры с ней доставляли удовольствие, в отличие от простого принятия ею ее судьбы.
— Спасибо за платье, — сказала она тихо, спустя некоторое время.
— Мне это было в удовольствие, — сказал я, пытаясь скрыть двусмысленность в своем тоне. Почти удачно.
— Откуда ты узнал мой размер?
— Твои вещи всю ночь пролежали в моей прачечной, помнишь? — слишком поздно я осознал, насколько жутко это прозвучало. — Обещаю, я едва коснулся их. Достаточно лишь, чтобы прочитать бирки.
Она ухмыльнулась.
— Эй, дам совет. Когда в следующий раз будешь делать что-то подобное, просто скажи ей, что узнал,
— Я должен знать чей-то размер одежды, просто посмотрев на нее? — нахмурился я, глядя на Джен. — Как, черт возьми, это вообще возможно?
— Не знаю, спроси одного из тех подлиз, которые догадываются о весе людей. Это во всех любовных романах, — она вздохнула, откидывая голову назад на сидение. — Угадывание веса, имею ввиду, не подлизы. По некоторым причинам, они не так уж сексуальны.
Мгновение, я сидел в тишине, размышляя должен ли я чувствовать себя жутко из-за того, что касался ее одежды. Это казалось необходимым злом, и, определенно, у меня не было никаких суперсил для угадывания веса.
Наконец, она заговорила.
— Так что все же произошло той ночью?
Это был именно тот вопрос, которого я боялся. Можно было разыграть глупца, и если бы мне удалось, она бы возможно поверила. Но это было на нее не похоже. Даже если мы все еще были практически незнакомцами, я знал это. Она не из тех, кто отступает. Но той ночью, когда я разговаривал с ней в том тоне... она поддалась ему. Мы оказались именно в тех ролях, в которых я не хотел с ней оказаться, так как знал, куда это приведет.
Эти отношения никогда не длились долго. Не тогда, когда я был вовлечен.
Я не собирался притворяться глупцом.
— Мне жаль по поводу того, что случилось, — сказал я, надевая улыбку раскаяния. — Просто был тяжелый день. Думаю, все резко навалилось на меня. Я тоже плохо спал, а ты знаешь, как это на меня влияет. Это словно подкармливать демона в полночь.
Она может испытывать мою защиту, но сама выстроила стены вокруг себя. Я почувствовал, как они треснули, совсем немного, когда она улыбнулась над моей глупой шуткой.
— Хорошо, — сказала она. — Ладно, хорошо. Я уже думала, что сделала что-то.
— Нет, — солгал я. — Конечно нет.
После этого, она затихла, задумавшись. Закрылась, и это было хорошо. Чем большую дистанцию она держит, тем легче будет пройти через все это.
Глава 14
Здание было впечатляющим.
