Правда, на сей раз сестра была лишь отчасти причиной всех бед. По своему обыкновению, Аманда перемешала головни, чтобы добавить жару, но запалила костер сама Мэриан. Все самое худшее было делом ее собственных рук. После одного короткого момента сближения Чад оказался еще дальше от нее, чем прежде.
Лучше бы она и в самом деле пристрелила его! Такая участь достойнее, чем служить подстилкой под ногами Аманды.
Чад чувствовал себя как ребенок, пойманный за руку, когда он потихоньку таскал сладости. Хотя теперь в столовой оставались только он и Рыжая, оправиться от смущения все никак не удавалось, тем более что Рыжая качала головой с таким видом, словно говорила: «Я глубоко, глубоко разочарована!» Ее трудно было винить, ведь он позволил себе вольности с ее племянницей и тем самым предал доверие.
Предстояло еще обдумать и понять всю суть случившегося, но общий смысл был ясен: как честный человек, он обязан жениться — на недостойной женщине. Как, черт возьми, он мог сесть в такую калошу?
— Вообще говоря, прежде чем… связываться, стоит получше узнать свою избранницу! — не выдержала Кэтлин.
Чад внутренне передернулся от прозвучавшего в ее голосе огорчения.
— Согласен на все сто.
— Тогда зачем ты это сделал?!
— Затем, что мне не дали времени на размышление, — проворчал он. — Ну да, ну да, я мог бы повернуться и уйти, но не вышло, и я все больше подозреваю, что именно так и было задумано.
— Постой, значит, это не тебя осенила идея завалиться на сено?!
Чад сконфуженно заерзал на стуле. Проклятые щеки снова жгло!
— По крайней мере не за этим я вернулся на ранчо так рано! Она была на конюшне, речь зашла о лошадях, и, слово за слово, дошло до урока, о котором ты меня просила!
— Когда это? Я просила насчет Мэриан, а никак не Аманды.
— В том-то и дело, что это была не Аманда… то есть… в смысле, именно она, но тогда я принял ее за Мэриан. Черт возьми, она выглядела, как Мэриан, говорила, как Мэриан — откуда я мог знать?! Она даже напросилась на урок верховой езды, хотя, как я слышал, до смерти боится лошадей! Короче, она сделала все, чтобы показаться Мэриан. Похоже, не только мой разум, но и зрение пошло к чертовой матери!
— Ну… они двойняшки, — смягчилась Рыжая. — Наверное, одной легко выдать себя за другую.
— Легко, не легко — главное, что я ни минуты не сомневался, что имею дело с Мэриан… кроме одного короткого момента, да и то лишь потому, что не ожидал от Мэриан такой… бесшабашности. Короче, я спросил, не Аманда ли она.
— И какова была реакция?
— Она страшно разозлилась. Тогда я решил — это потому, что я хоть на миг усомнился в ней, а теперь думаю — потому что разгадал ее игру.
— Выходит, ты соблазнил ту, которую хотел, — вздохнула Рыжая. — По крайней мере ты в это верил.
— Я не оправдываю свой поступок, но хочу, чтобы ты знала: я не соблазнитель, а скорее соблазненный! Она всеми силами подталкивала меня к этому! Признаю, что я не особенно сопротивлялся, но когда женщина только что не бросается тебе на шею, удержаться трудно. Да что теперь об этом говорить! Я поступлю так, как нужно. Но, черт возьми, Рыжая, пусть даже я сделал это, но не я начал!
— Тем хуже.
— Вот именно, тем хуже! Аманда мне нисколько не нравится. Поначалу я немного увлекся и списывал ее выкрутасы на нервы, дорожную усталость, неудобства и тому подобное. Ждал, что на месте она придет в себя и переменится к лучшему. Согласись, она очень хороша! Но я даже не намекал ей на то, что чувствую, — выжидал, потому что в дороге она вела себя, по-моему, просто отвратительно. Мне и в голову не приходило, что можно стать еще хуже!
— Аманда приходится мне родней, и говорить такое неприятно, но если честно, Чад, я не ожидаю никаких перемен к лучшему. Мортимер так ее избаловал, что она считает себя пупом земли.
— А как насчет Мэриан?
— О, Мэриан — совсем другое. У моего братца могла быть только одна любимица.
— Вот, значит, почему Мэриан скользит по жизни тенью, — заметил Чад задумчиво. — Привыкла оставаться незамеченной.
— Не только, — возразила Рыжая. — Тут больше виновата больная ревность Аманды. Разговор об этом зашел, но скоро мы отвлеклись от темы, и я знаю все лишь в общих чертах.
— Да, я тоже кое-что слышал. — Чад сдвинул брови, припоминая. — Накануне приезда, в прерии, Мэриан пыталась объяснить мне ситуацию. Впрочем, что значит — пыталась? Я клещами вытягивал из нее слова, а потом, к сожалению, высмеял ее, потому что глупо верить, что можно ревновать к такой серой мышке.
— Но если ты хоть что-то знаешь, скажи! Мне интересно, что за характер у женщины, если сестра должна себя уродовать, лишь бы к ней не ревновали!
— Ну… — он помедлил, подбирая слова, — вот что я понял. Если кто-то заинтересуется Мэриан или она сама на кого-то заглядится, Аманда спешит обрушить на него весь арсенал женских уловок и переманить из одной только вредности.
— Из вредности? То есть не ради него самого?
— Черт бы ее побрал! — внезапно вырвалось у Чада. — Вот, значит, почему мы с ней оказались сегодня в стойле!
— Аманда уже не была девственницей?
— Отчего же, была.
