Вышло иначе: не костер, а свет в окне показал, куда держать путь. Следы вели к уединенной ферме. Дом имел относительно обжитой вид, но вокруг все было в запустении. Тут и там валялись отвалившиеся доски, стены строений осели, крыши прохудились, поля заросли сорной травой. Если здесь кто-то и жил, то лишь наездами.
Лошади, все четыре, обнаружились в амбаре. Они были расседланы, но и только. Ни воды, ни корма — им оставалось только щипать сено из полугнилой охапки. Оставив своих позади амбара, Чад и Лерой начали осторожно подбираться к дому.
— А ферма-то не брошена! — вполголоса заметил здоровяк, ткнув толстым пальцем в сторону. — Здесь живут, чтоб мне пропасть!
Чад повернулся и увидел еще одну, стреноженную лошадь. Он уже готов был отвести взгляд, как вдруг ближайшая копна сена шевельнулась и покосилась, словно из-под нее пыталось выбраться животное. Оба подумали о собаке и отвернулись, чтобы продолжить путь, но жалобный звук приковал их к месту. Боковая часть копны распалась, из недр поднялась человеческая фигура. В темноте было трудно разглядеть, кто это, но Чаду бросилась в глаза грива распущенных волос. Он в сердцах выругался.
— Надо же, завалили сеном, — хмыкнул невозмутимый Лерой. — А сами небось пошли набивать брюхо.
Чад поспешил к Мэриан.
— С тобой все в порядке? — спросил он шепотом.
Ответа не последовало — во рту у девушки был кляп.
Он вытащил кляп, и Мэриан наконец смогла невнятно пробормотать:
— Более или менее в порядке…
— Что значит «более или менее»? Что ты имеешь в виду? — испугался Чад.
— Я совсем не чувствую рук. Их слишком крепко связали!
Это было еще не самое страшное. Чад помог Мэриан освободиться от пут. Ноги тоже оказались связанными. Оставалось лишь удивляться, как она ухитрилась привлечь их внимание. Вряд ли без помощи Мэриан они смогли бы догадаться, где ее прячут.
— Тебе известно, кто они?
— Те самые разбойники, что напали на поезд. Я нарисовала для шерифа миниатюру, по которой можно опознать главаря, вот они и решили от меня избавиться.
— Они… ничего себе не позволили?
— Пока ничего. Главарь собирался, но остальные были против.
— Против чего?
— Застрелить меня… или отрубить правую руку.
Мэриан содрогнулась, Чад непроизвольно привлек ее к себе — и поспешно отстранил.
— Все позади.
— Да, конечно.
— Почему они сунули тебя в сено? — поинтересовался Лерой.
— Здесь еще и жена хозяина фермы. Он не хотел, чтобы она имела к этому отношение. Был спор, но потом они решили дождаться, пока она ляжет. Они так и не договорились насчет того, как со мной поступить.
— Мы отправимся в обратный путь сразу, как только разберемся с этим отребьем. Подожди здесь.
— Нет, нет! — испугалась Мэриан. — Не оставляйте меня одну! Позвольте пойти с вами!
— Мы сейчас же вернемся…
— Нет, нет! Пойми, Чад, я не могу оставаться одна после всех этих разговоров о том, как лучше со мной покончить! Если вы меня здесь бросите, я пойду назад пешком, одна!
— Скажите на милость, — хмыкнул Лерой. — Пешком по прерии ночью. Храбрость пополам с глупостью.
Ладно, парень, забирай ее домой, а с этими ребятами я разберусь сам — Их четверо, — напомнил Чад.
— Воего-то. Проще пареной репы. К тому же мне давно не терпится выбить из кого-нибудь все дерьмо. А если за них еще и положена награда…
— Не сомневайся, положена. Железнодорожные компании не постоят за деньгами, когда речь идет о безопасности пассажиров. Если уничтожишь эту банду, выйдешь в герои.
— Тогда о чем разговор? С тобой я профукал пять сотен, надо же как-то разжиться зелеными.
— Договорились.
После таких испытаний Мэриан предпочитала поскорее оказаться дома и ехала бы без передышки, невзирая на усталость. Чад, однако, был настроен иначе. Когда между ними и фермой, где Лерой вот-вот должен был взяться за дело, легла достаточно широкая полоса прерии, он остановился под первым попавшимся деревом и объявил, что здесь они будут ночевать. Мэриан возразила, что готова продолжать путь.
— Моя лошадь валится с ног, — был ответ.
Девушка не приняла в расчет, какой долгий путь пришлось проскакать лошади без отдыха в погоне за ней. Устыдившись, она больше не протестовала. Но она все еще была в напряжении, даже зная, что похитители будут обезврежены и больше не доставят неприятностей. Такой громадине, как Лерой, конечно, не составит труда с ними справиться, особенно если вспомнить, что он до зубов вооружен.
Да и ночь на голой равнине под скудной сенью дерева наедине с Чадом Кинкейдом не располагала к безмятежности.
— Он ведь не перестреляет их, всех четверых? — робко осведомилась Мэриан, когда костер был разожжен.
— Никого из них, если я его правильно понял. Это и в самом деле было бы проще простого, но что бы он с этого получил? Взять бандитов живыми и передать их в руки правосудия — вот что заслуживает награды. Лерой в таких делах собаку съел. Если дело пахнет деньгами, ни один волос не упадет с головы преступника, оказавшегося в этих здоровенных ручищах.
Мэриан все не могла поверить, что Чад примчался ей на помощь. На вечеринке было столько народу, что спасательная партия обошлась бы и без него.
