И сказал Господь: «Все ответы узнаешь потом… потом»
Чудны дела твои, Господи.
Нам, людям, понять Тебя очень непросто,
А порою так совсем невозможно.
Изучаем Коран, Тору, Библию,
Чтобы в смысл Твоих учений вникнуть.
Чтобы Тебя понять получше,
Того Кто нам дал плоть и душу.
Вчитываемся в смысл сур и псалмов,
Чтобы что бы каждый из нас смог,
В соответствии с Твоими заповедями,
Свою жизнь построить правильно.
Надеемся, что вот тогда:
Ты даруешь нам блага и продлишь наши года.
Отведёшь от нас болезни.
Ну а в Раю, конечно же в Раю,
Дашь нам получше место.
И мы изо всех сил стараемся:
Ходим в Церковь, свечки ставим,
Молитвы читаем,
Стараемся жить правильно,
В соответствием с Твоими заповедями.
Но… вот замечаю,
Что те, кто про Тебя даже и не знают,
Даже и не подозревают,
О Твоём существовании,
Что Ты сотворил весь этот мир,
И надо бы Тебя за это, неустанно, благодарить…
Тоже, как-то, нехило живут.
Ездят на дорогих авто и икру чёрную жрут!
А есть такие, кто про Тебя, да, знают.
Но они о Тебе лишь, в тот день, вспоминают.
Когда их крашенными яйцами угощают.
И ещё, в этот день, они знают,
Что «не грех» выпить водочки.
Как Ты к таким относишься, Господи?
А они никогда небыли в Церкви,
Никогда Тебе не поставили свечки.
Любят есть жирное, сладкое и вообще «всё такое»,
И у них при этом сахар в норме.
Давление, холестерин на зависть тем, другим,
Которые сидят на диетах,
Пьют витамины и таблетки.
Курят в день по две пачки…
А лёгкие и сердце в порядке!
Они никогда не прочитали «Отче наш»,
А здоровья у них «хоть отбавляй».
Я знаю таких на коих: «клейма негде ставить»,
А живут они, «как у Христа за пазухой».
У нет ни стыда, ни совести.
Для них нет ничего святого.
А каждый второй из них поддонок и сволочь.
И гниды среди них есть тоже.
И в тоже время… сколько благочестивых
Очень рано сошли и сходят в могилу.
Как такое может быть, Отче?
Может быть потому, что наш род людской
Уж очень разросся?
И тебе стало трудно за каждым уследить?..
Прости мне, Господи, прости:
Глупые, дерзкие мысли мои.
Пойми меня правильно: я не ропщу.
Я просто Твою логику понять хочу:
Как и за что Ты раздаёшь свои милости и благА?
Как мне узнать: чего Ты хочешь от меня, а?
Чтобы мне в благополучную обойму попасть?..
Да, в своей жизни я уже не раз и не два
Видел, как Ты меня выручал.
Спасал меня от беды,
И я не устану Тебя за это благодарить.
А ведь когда такое случалось с другими,
То они говорили: «Просто я удачливый, счастливый».
Они даже и думать не хотели,
Что Ты поучаствовал в их трудном деле.
Что Ты их спас,
В очередной раз.
Может быть, даже, и от смерти.
И дал им возможность дальше коптить небо.
И не видя от них никакой благодарности
Ты опять и опять их спасаешь и выручаешь…
Чем и как Твою милость они заслужили?
А ведь в это же время другие
Возносят и возносят к тебе свои молитвы,
Прося о помощи и ища защиты.
Но они остаются без ответа.
А может быть это просто лотерея,
И Ты не глядя раздаёшь счастливые билеты?
Господи, ну… как-то не правильно это.
Нет, я не собираюсь лезть в Твои дела,
Пойми правильно меня,
В твой промысел.
Просто разум, что ты мне дал,
Не даёт мне покоя.
Воистину: «Чудны дела Твои, Господи».
Я помню чудное мгновенье…
Здравствуёте, дамы и господа, товарищи!
Уделите мне несколько минут
Своего драгоценного внимания.
Чтобы я мог вам рассказать
Одну из своих историй.
Давайте, устраивайтесь по удобнее.
В моей насыщенной событиями жизни,
Всяких историй было тысячи.
Но сейчас я вам рассказать хочу именно эту.
Почему-то она застряла в моём мозге и сердце.
Друзья, хочу поделится, с вами, из своей жизни,
Вот этим сюжетом.
Который случился со мною, в моём,
Теперь, уже, таком далёком детстве.
В то время мне было лет, так, тринадцать, четырнадцать.
Я был нормальным, шустрым мальчишкой.
И уже заглядывался на девчонок.
Тестостерон начинал говорить, в моём теле,
В полный голос.
Так вот: была у нас в школе одна девчонка,
Как сейчас помню: красивая очень.
Расцвела, надо прямо сказать, не по годам.
И мы, пацаны, не спускали с неё глаз.
А иначе как?
Пока, у её сверстниц, под кофточками
Ничего не наблюдалось…
Её грудь уже отчаянно стояла и… к ласкам взывала.
Язык не поворачивался, глядя на неё,
То самое место, назвать ягодицами.
Это надо было, просто, дураком родится.
Это была самая настоящая попка!
Природа потрудилась, над ней, просто здорово:
Она была… из двух небольших «арбузиков»,
Которые «играли», под её школьным платьицем, дружно.
Когда она туда – суда прохаживалась.
Да так… что, аж, дух захватывало.
Белокурые локоны ласкали её плечи,
А её улыбка была всех прекраснее на свете.
Нет, не такая, как у Моно Лизы.
У той, как мы знаем, загадочная улыбка.
А у нашей красавицы: солнечная, яркая.
И она одаривала ею некоторых, из своих, воздыхателей.
Хотя мы и знали, что думать так не правильно.
Самая красивая улыбка, конечно же, должна быть у мамы.
Но когда мы смотрели на неё…
То забывали про всё.
Мамы, почему-то, из головы вылетали.
И… лишь с ней, наедине, мы быть мечтали.
Но нам оставалось лишь одно:
Ласкать, прикасаться к ней взглядом.
И мы были счастливы уже от того,
Что она нам это позволяла.
