— Хорошо. Замечаний у меня никаких нет, поэтому понаблюдаем за вами ещё денёк и можно выписывать, но при условии…
— Здесь я ставлю условия! Ясно? — полный злости взгляд устремляется на врача.
— Как скажете. В таком случае если вы настаиваете, то я подготовлю документы и вы можете быть свободны.
— Договорились. А сейчас все вышли из моей палаты! — заорал он так, что в ушах зазвенело.
— Че разорался, то? Выйдем, не переживай. Пойдём, Катюша, — не выпуская меня из своих рук, Вова с довольной физиономией повёл меня к выходу.
— Я тебя прикончу! — в нас летит какая-то медицинская штуковина. Ноздри Леши раздуваются в разные стороны. Я впервые вижу его в подобном состоянии. Даже когда он меня прогонял, в нём не было столько ненависти. — Катерина! Останься!
Этот приказной тон остановит кого угодно. Что уж говорить обо мне. Тут даже истребитель бы не стал сопротивляться и замер в воздухе. Прирастаю к месту, чувствуя давление в области талии. Вова не спешит меня отпускать, но к чему этот цирк?
— Уверен, что ей стоит остаться? — переспрашивает Вова.
— Бля, не зли меня лучше!
— Ладно, ладно, но выбирай слова, а то…
— Выйди, нахрен отсюда! — рычит Лёша, как дикий, необузданный хищник.
— Да ухожу я, разорался как истеричка, — отвечает Вова, оставляя меня наедине с этим опасным зверем.
Я боюсь даже пошевелиться, настолько опасен сейчас его взгляд.
— Подойди поближе, — шипит Лёша, как змей искуситель.
Подчиняюсь его словам будто под гипнозом и равняюсь с краем кровати.
— Я хочу услышать твою историю. Давай разберемся с нашим прошлым и поставим жирную точку. Я хочу дать шанс нашему будущему.
Леша
— В тот день, — настороженно начала Катя, поглядывая на меня исподлобья. — Мои родители настояли на переезде, после того, как я увидела новости.
— Новости? — складывалось ощущение, что мы говорили о разных вещах. — Ты исчезла. В школе сказали, что твои родители забрали документы и перевели тебя в другую школу.
— Кх, — слегка улыбается она. — Ты искал меня?
— Конечно искал. Как я мог тебя не искать, если я до одури был влюблён? — медленно скольжу рукой по белым простыням, чтоб коснуться её изящных пальчиков руки.
— Удивительно. Первое время ты меня даже не замечал. Да и виделись мы с тобой исключительно на общешкольных мероприятиях. А потом…
— Сперва я не знал как к тебе подступиться. В те годы во мне не было такой уверенности, как сейчас. Моя репутация значила для меня куда больше, чем казалось. Выпускник. Распиздяй. Парень засветившийся во всех скандалах. «Звезда» элитной школы. Тем более с моим послужным списком баб. И ты. Правильная девочка. Отличница. Умница. Как бы я смог к тебе подойти? Стоило мне посмотреть в твою сторону и каждый из моих друзей начинал горланить, что мне не светит. Однажды я решился наплевать на всё и подойти к тебе, но и тут меня остановили. Пацаны уверили, что нам не по пути. Что я испорчу твою жизнь. Я решил отойти в сторону. Начал избегать, старался не попадаться тебе на глаза. Не смог. Не справился с чувствами. Когда набрался смелости и всё же подошёл к тебе…мы провели вместе прекрасное время. Пока мой брат…, — сглатываю тугой ком боли в горле.
— Твой брат? — удивлённо спрашивает Катя, но позволяет взять её за руку. Пользуюсь моментом, переплетая наши пальцы. Её крошечная ладонь тут же тонет в моей огромной лапе.
— У меня был брат. Мы близнецы. Только он учился в другой школе. Мама настояла на его переводе в математическую школу, а я остался в гуманитарной.
— У нас были направленности? — она смотрит на меня так, будто не она училась на несколько классов младше.
— Да. Деление проходило после девятого. Ты не знала?
— Нет. Меня увезли раньше. Я не доучилась до распределения… из-за тебя, — еле слышно слетает с манящих губ.
— Погоди, — поднимаюсь, чтоб оказаться как можно ближе к Кате. — Не говори, что ты подумала…
— В той аварии. Я думала это был ты, — Катя отворачивается в сторону, стараясь скрыть слезы на своих глазах, но я быстро возвращаю ее обратно.
— Посмотри на меня, — указательным пальцем поворачиваю её голову к себе. — С чего ты взяла, что там был я?
— Не знаю, — не выдерживает она и слезы потоком срываются с её глаз. Большим пальцем, невесомо смахиваю солёные капли, касаясь бархатной кожи. — Вся школа гудела об этом случае. Мне хватило услышать твою фамилию, чтоб мой мир рухнул. В коридоре перешептывались твои друзья. Один из них сказал, что Стрельцов погиб, — тихий всхлип кажется громом в тишине больничной палаты.
— В той аварии погиб мой брат и мама. Они вместе находились в машине, что слетела с моста прямо в реку, — воспоминания душат меня изнутри.
Я на всю жизнь запомню тот день. День когда мне позвонил отец и сказал, что брата и мамы больше нет. В тот момент я взвыл так, что меня слышали все вокруг. А потом всё закрутилось как ураган. Разбирательства, опознания, суды, следствия. Столько всего свалилось на нас с отцом, что я долгое время отсутствовал в школе. А когда вернулся Кати уже не было. Я не смог её найти, как бы не старался.
— Значит твоя фамилия…
