— Мама, скажи мне, — послышался его тихий голос. — Что мне делать? Ну хоть мигни, что ли…
Он всматривался в небо, а потом развернулся и направился к кровати. Я прикинулась спящей. Он сел в кресло, а потом взял мою руку и прижал к губам.
— Мне нет прощения, — прошептал он. И тут же поцеловал ее. — Я поступил, как мерзавец. Знаю… Я хотел тебя расшевелить… Хотел защитить… Я не знал, когда Энне взбредет в голову вызвать тебя…
Он помолчал, снова прижимая мою руку к своей щеке.
— Но в тот момент, когда ты была моей, я был так счастлив, — прошептал Вивернель. — Пусть это продлилось совсем недолго…
Он выдохнул, а я почувствовала дыхание на своей ладони.
— Я помню каждую секунду, как целовал тебя, как прижимал к себе… — прошептал Вивернель. — Каждое мгновенье…
— И я хочу, чтобы оно повторилось… — прошептал он. — Я готов все исправить… Тогда у меня не было времени на нежности, но сейчас я готов… Я люблю тебя… Люблю…
Я почувствовала, как мне руку легонько сжали. Вивернель аккуратно положил голову мне на грудь.
— Я знаю, — прошептала я, осторожно касаясь его волос. — Я знаю… Я догадалась, когда увидела кольцо… Только в битве я усомнилась… Мне очень стыдно, что я усомнилась… Но я действительно думала, что умру от яда…
Вивернель поднял голову. Он был взъерошен, а я смотрела на него.
— Я знаю, — прошептал он, гладя меня по щеке. — Что ты чувствовала себя униженной… Растоптанной…
Его пальцы дрогнули, а я попыталась встать.
— Я обещаю, — прошептал он, беря мою руку. — Я сделаю все, чтобы ты забыла об этом дне… Я хочу начать все с самого начала…
Я чувствовала, как в глазах щиплет.
— Не плачь, — прошептал Вивернель, целуя мои слезы. — Лучше подвинься…
Я чуть-чуть подвинулась, а он лег рядом и обнял меня, привлекая к себе. Я чувствовала запах его духов, чувствовала его прикосновения, словно убаюкивающие.
— Прости меня, — прошептал Вивернель, выдохнув в мои волосы.
— Накройся одеялом, — прошептала я, а мы сделали пещерку, в которой лежали рядом и просто обнимались. Я лежала у него на плече, чувствуя, что все еще очень слабая. Изредка моих губ касался легкий поцелуй, а кольцо цеплялось за одеяло, которое я неустанно поправляла.
Дверь открылась, а я услышала голос папы Альвера.
— Так, смотри! Мы тут с мамой посовещались и… — начал он, а мы зашевелились. Вивернель высунулся из-под одеяла. Я тоже приподняла голову.
— Понятно! — проворчал папа Альвер, разворачиваясь и закрывая дверь.
— Надо будет сказать Морису, — прошептала я.
— Он уже в курсе. А ты думаешь, почему папа такой злой? Ему восстанавливать башню! — заметил Вивернель. — В итоге мы разнесли башню, выслушали от бабушки Ирлы все, что она о нас думает. И Морис сказал мне, что если я причиню тебе зло, он лично убьет меня…
И тут я услышала шум крыльев.
— Драконы… — прошептала я. — Много…
Я вздрогнула, но Вивернель обнял меня.
— Какая коронация!!! — взревел на весь замок голос папы Альвера. — Дайте моей девочке в себя прийти! Я вас сейчас все в пропасть скину! Коронацию им подавай! Королеву!
И над замком разнесся грозный рев.
Коронация состоялась спустя месяц. Я помню, как все приветствовали меня, а я входила во дворец, который пустовал долгое время. Золотая корона опустилась мне на голову, а тысячи гостей взорвались ликованием.
— Ее величество королева Злата Эберхарт! И его величество король — консорт Вивернель Эберхарт! — объявил громкий голос.
Я чувствовала, что с этого момента моя жизнь изменилась навсегда. Яркое солнце светило в огромные окна, словно после долгой ночи наступил рассвет.
— Честно, мне немного страшновато, — прошептала я мужу.
— Без паники. Нет, а что не так? Твоя задача быть собой. Доброй, милосердной, любящей королевой, — заметил Вивернель. — А все остальное я возьму на себя.
— Что именно? — спросила я.
— Интриги, заговоры, убийства, — заметил Вивернель. — Без чего не обходиться ни одна власть. Ну, часть обязанностей на себя возьмет еще и папа. У него это отлично получится…
Я смотрела на ликующих людей, чувствуя, как сердце замирает. Мне предстоит возродить мир магии… И я боялась, что не справлюсь.
Как только я поправилась, Вивернель выполнил свое обещание… Я никогда не чувствовала столько нежности и любви. Иногда мне казалось, что все, что он скрывал, теперь обрушилось на меня, не давая мне даже шанса устоять…
Я сидела на троне, пока ко мне стекались люди, прося благословения. Вивернель стоял рядом, опираясь на его спинку.
— Сидеть в присутствии королевы разрешено только мухам. И то, пока их не казнили, — усмехнулся он, когда я спросила, может, ему стоит присесть. Я видела сияющее лицо мамы, видела лицо папы Альвера, который ужасно гордился мной. Видела, как Аурика висит на руке у Мориса, а он одергивает ее, потому что разносят шампанское. Он только что вырвал бокал у нее из рук, поставив обратно, а младшая сестренка надула губы…
— Я рад за тебя, — прошептал Морис, обнимая меня после коронации. — Я так рад…
Он сжал меня так, что у меня чуть корона не упала.
