Легко ему так говорить, если бы он знал каково это получить надежду и чуть ее не лишиться из какого-то урода. Но гнев уходил, оставляя за собой хладнокровное желание мести. Но и оно скоро пройдет, а то я себя не знаю.
— Два сапога пара, — хмыкнул гном.
— Лучше молчи! — в унисон ответили мы гному, переглянулись и засмеялись.
— Ну правильно я сказал, — ухмыльнулся тот, — А вообще где эльфенок-то? Не сбежит? — спросил он у меня.
Когда мы увидели мальчика, то я и Маша сразу взяли заботу о нем на себя, не оставлять же ребенка этим мужланам. Но поскольку я была должна услышать все, что скажет Риз, то была вынуждена оставить его на попечение Марии. Кстати вот до сих пор не знаю ее ника, и никто даже и мельком не произнес его. Та быстренько утащила его в одну из комнат, и сунула в теплую ванну. Олег вызвался помогать своей подруге вместо меня.
— Думаю, он вряд ли способен хоть куда-то сбежать. Да тем более от Маши, — ответила я гному, — да и Олег там.
— Только что нам-то делать? Сомнений нет, это и есть Амель. И что, нам теперь вести его к эльфам? — спросила я у мужчин.
Тау пожал плечами, но его хмурое лицо выдавало его с головой. Эта идея ему чертовски не нравилась.
— Не будем торопить события, нам ведь спешить с этим некуда. Днем раньше, днем позже, — довольно пространственно сказал Риз.
Да и я сама, несмотря на то, что квест был божественным, была не совсем в восторге вот так сразу отдать мальчика. Похоже, от кого-то заразилась паранойей, боюсь даже подумать каким путем.
— Риз, — тихо спросила я, — а как у Маши ник?
Но гном тоже услышал, и губы мужчин растянулись в улыбке. Риз с гномом переглянулись и выдали.
— Самая, — начал Риз.
— Афигительная, — добавил Тау.
— Няя, — выдали они хором.
От услышанного я даже хрюкнула, ой, прыснула от смеха. Но первое все-таки было правдой.
— Неужели можно себе такой ник сделать? — удивилась я.
— Ограничений нет, хоть горшком назовись, я даже ка- то такой ник видел, — пожал плечами гном.
Я хихикнула.
— Ну а что? Вполне себе нормальный ник. Чего вы ржете-то? — снова посмотрела я на них.
— А ты аббревиатуру составь, — ухмыльнулся Риз.
— С. А. Ня, — быстренько составила я, — Саня? Ну, вроде ничего смешного, хотя и не совсем подходяще для девушки.
— Не, не так, — произнес гном и произнес первый слог, — Са.
И Риз прыская от смеха протянул долгое вопросительное:
— Няяяя?
Я снова прыснула от смеха.
— Но вот только мы тебе этого не говорили, — добавил гном, — А то что-то пожить еще хочется.
— Желательно долго и счастливо, — закончил Риз.
— Два сапога, кеды, — отдала я долг гному.
На что оба снова расхохотались. Давно мне не было так хорошо, еще бы рассказать жгущий меня секрет, и можно было бы назвать себя счастливой.
— А вот и мы, — раздался голос Марии, а из-за ее спины, робко глядя на нас выглядывал симпатичный остроухий мальчик.
— Ну, здравствуй, Амель, не бойся, мы поможем тебе, — произнесла я по эльфийски. Но тот странно среагировал, еще больше спрятавшись за Машу. Похоже, у нас опять все не слава богу, но похоже я уже привыкаю.
Да что за напасть такая? Будь я суеверен, сказал бы, что нас сглазили. Как только Ру обратилась к мальчику на эльфийском, он явно испугался и спрятался за Машей. А та и не думала отпускать его, а наоборот присела и обняла, погладила по голове и сказала:
— Не бойся, малыш, никто тебя не обидит, — и тот ей робко улыбнулся.
Мда, похоже, три наших квеста только что были удачно похерены. Вот Ру «обрадуется». Только почему он так испугался эльфийского языка? Я сам подошел к нему и присел на колено перед ним:
— Привет, меня Риз зовут. Спасибо тебе, ты очень меня выручил.
Он улыбнулся шире и неожиданно ответил:
— Я просто хотел помочь.
Похоже, я угадал, и мальчик вполне понимает наш язык. А почему? Ну, тут вариантов уйма. От «мамы» встроившей ему это знание, до того, что он долго находился в слиянии с Мраком. Да собственно это и несущественно.
— Он говорит по-нашему? — удивилась Ру, но быстро сориентировалась и спросила уже мальчика, — Ты есть хочешь?
В его животе отчетливо булькнуло, и он кивнул головой:
— Да очень, — и почему-то вопросительно посмотрел на Машу. А та светилась словно фонарик, никогда ее такой не видел.
— Элис, — крикнул я, — еды, да побольше.
Стол накрывался как по волшебству. Блюда, тарелки, приборы появлялись, словно из воздуха. И все это выглядело и пахло столь изумительно, что я, если бы мог, выписал бы премию моей горничной. Хотя чего это я? Я и так это сделал. Даркин же тут теперь живет, а значит, я чертовски предусмотрителен.
— За стол, — народ резво расселся и принялся уплетать за обе щеки. Только мальчик, то ли стесняясь, то ли не зная с чего начать сидел с пустой тарелкой. Но Мария взяла это все в свои руки, и его посуда стала быстро наполняться.
— Ешь, ешь, малец, — с полным ртом пробасил гном, — когда еще доведется так отобедать.
— Угу, — поддакнул Даркин, — Элис готовит изумительно, — за что получил от стоящей рядом горничной улыбку.
