Хотелось плюнуть на тех, кто остался внизу, и схватить её в охапку.
Но чем подобное могло закончиться?
— Да, понимаю, — Ала резко изменилась. Она стал серьёзной и какой-то далёкой.
— Я провожу тебя. В этом доме можно легко потеряться.
Шли молча, растягивая каждый шаг. Перед залом она остановилась и повернулась ко мне.
— Я очень хочу, чтобы ты выполнил своё обещание.
— Конечно.
На что Ала кивнула, и мы вошли в зал.
Я периодически видел её в толпе, но больше не подходил, боясь не сдержаться.
Уже поздно ночью, когда мы покинули дом и вернулись в гостиницу, я пришёл в себя. Прокручивая то, что случилось в гостиной.
— Ну и как? — тихо спросил Нори. Усталость и рассвет усыпляли вампира.
Во мне же бурлила магия.
— Что как? — не поворачиваясь к напарнику, переспросил я.
— Ты сыт и задумчив.
— Она внучка хозяина дома, в котором был бал.
— Тогда шанс есть. Граф очень своеобразный маг.
— Думаешь?
— А она крепко тебя зацепила. Не ожидал.
— Забудь.
Нори лишь устало улыбнулся и отвернулся.
Он-то забудет, а вот как забыть мне?
****
Мама ворвалась в мою комнату, когда я уже натягивала сапоги, намереваясь пойти в министерство.
— Али, у меня чудесная новость… — замерев на половине фразы, она нахмурилась. — Куда ты идёшь?
— Мне нужно в министерство внутренней военной безопасности. Там остались кое-какие формальности.
— Но… — леди Энар тяжело вздохнула, прошла практически строевым шагом к креслу, которое стояло у кровати, и плавно опустилась в него. — Мне казалось, служба закончилась.
— Обучение, мама.
Это разговор был не первый за последние месяцы. Мы так упорно не хотели слушать друг друга и уступать, что подобные споры меня уже даже не задевали, как прежде. Смирившись с тем, что ближайшие минут пятнадцать мне придётся вновь пройти неприятную процедуру «принуждения дочери к свадьбе», я тоже присела на край своей кровати.
— Это немыслимо. Сезон в самом разгаре, а ты вечно где-то пропадаешь. В доме деда проводишь больше времени, чем тут. Я не могу тебя ни с кем познакомить. А между прочим, у моих знакомых есть прекрасные сыновья.
— Мама, я не хочу знакомиться. У меня нет проблем с общением.
— Как ты не понимаешь, ну что тебе даст эта твоя служба? Думаешь, что ты сможешь сделать великую карьеру? Женщины не служат главнокомандующими. Чего ты добиваешься? — она нервно вскочила с кресла и практически нависла надо мной, не оставляя мне выбора.
— Хорошо, я дам тебе шанс. Только не надо на меня давить. Я пойду на твои балы и вечера. Только не проси меня быть милой или о чём-то ещё в этом духе. Я ничего не буду из себя изображать. Я офицер.
— Замечательно. Но, Али, я стараюсь для тебя. Сейчас ты молода, красива, но пройдёт ещё лет десять-пятнадцать — и красота начнёт увядать.
— Я очень сильный маг и через десять лет не сильно буду отличаться от себя нынешней.
— Только толку? Думаешь, много магов твоего уровня? А ведь надо именно твоего. Ни одному мужчине не понравится, чтобы рядом с ним была жена сильнее его и выглядящая моложе лет на тридцать при условии, что вы ровесники.
Я знала о разделении в свете. Знала о проблемах с различным течением времени для разных людей. Для магов это были десятки лет, для обычных людей иногда сотни. Эти проблемы решались делением магией, зельями и много чем ещё. Полностью, конечно, проблему не решало, но частично — вполне.
— Возможно, я решу связать свою жизнь не с магом, — тихо произнесла я.
— А с кем? Думаешь, сможешь жить с оборотнем? Это невозможно, потому что у людей и двухипостасных слишком разные взгляды.
— Есть не только оборотни, — напомнила я родительнице.
— Али, — мама тяжело вздохнула, явно пытаясь совладать с эмоциями. — Люди тяжелее всего сходятся с другими видами. А с твоей профессией это станет практически невозможно.
— Это так важно? — моё терпение в очередной раз подошло к концу. — Я не могу выйти замуж, скажем, через два или три года? Нужно толкать меня туда сразу после того, как я закончила обучение?
— А кто даст гарантию, что после своего обучения ты выживешь через три года? Кто?
— Активных воин не ведётся, а умереть я могу и попав под колёса коляски.
— Ты сильный маг, едва ли тебе грозит смерть под колёсами коляски, — голос мамы был полон ехидства.
Она смотрела на меня зло. Так смотрят на нерадивого ученика, который никак не хочет подчинятся правилам.
— Я буду ходить на твои посиделки, но большего от меня не требуй. И жить я буду у деда. Мне так удобнее.
После моего заявления мама вихрем пронеслась от меня на выход.
Эти споры выбивали из колеи, и я не хотела больше терпеть подобное отношение к себе. Надежду на отца я давно оставила. Он во многом был согласен с мамой. Только дед и Ару поддерживали меня в моём стремлении реализоваться и добиться успеха.
Натянув на себя плащ, вышла из комнаты и, стараясь ни с кем не встречаться лишний раз, сбежала из дома в министерство. Только там я чувствовала себя комфортно.
