— Вечность — это очень долго, — Тау смотрел в мои огненные глаза с вызовом и упрямством, даже не подозревая, как меня это заводит.
— Вот и посмотрим. Дай рубашку, я свои вещи испортила.
До конца не понимая происходящего, он выполнил просьбу. Снял жилет, затем рубаху и протянул её мне. Я благодарно кивнула и надела. Закатала рукава, застегнула пуговицы и стала смотреть на мой желанный приз.
— Что?
— Ты меня в дом пригласишь или как? Я, между прочим, помогла тебе спасти твою шкуру, Тау.
— И зря. Я устал.
— Ну уж нет, — покачала головой. — Так просто ты от меня не отделаешься. Провожай.
Он шёл впереди, периодически оглядываясь, и каждый раз натыкался на мои смеющиеся глаза и хитрый вид. Вся ситуация меня забавляла. Он боялся девчонки, которая уже дважды спасала его. Если бы он только знал, зачем я спасла его сегодня, вот бы удивился.
Когда мы вошли в его гостиную, я замерла. Комната была абсолютно мужской — и в то же время просторной и уютной. А мой вампир любил комфорт.
Внимание привлёк большой и красивый камин. В нём плескалась родная стихия. А для мага огня это самое безопасное и желанное место в его доме. Я как заворожённая шла к нему.
— Иди сюда. — позвала своего мужчину. — Садись.
Кивком указала на кресло, большое и удобное; когда мужчина сел, сама забралась на его колени. Он был не слишком высоким, и потому сейчас мы смотрели в глаза друг другу. Его голодные и уставшие — и мои предвкушающие.
— Пей.
Перед его лицом возникло моё запястье.
— Ты шутишь? — он был оглушён подобным поступком.
— У тебя глаза голодного зверя. Разговаривать с тобой в таком состоянии я не хочу. Так что пей.
Пил. Когда я оторвала свою руку и упёрлась второй в его грудь, Тау чуть не рычал. Ему хотелось большего. Он схватился за мою руку, которая покоилась на его груди, а второй по-хозяйски гладил моё бедро, вводя меня в состояние экстаза. Я тоже хотела утолить свой голод и еле сдерживалась. Как же давно, как долго я жаждала его.
— Хватит, — я приказала то ли себе, то ли ему.
— Зачем я тебе? — горечь одиночества звучала в каждом слове, вызывая во мне раздражение.
Бой остался там, за дверями этого дома, и пора было вернуться к жизни. Его самобичевание глубоко забралось в душу, и мне придётся выдрать эту гадость с корнем, чтобы обрести счастье.
— Хочу.
Наклонилась к нему и впилась в губы жадным поцелуем.
Голова шла кругом. Он на секунду растерялся, а затем ответил. Мы цеплялись друг за друга как два утопающих. Я прекрасно понимала, что так нельзя — надо остановиться. Требовалось время, чтобы поговорить и выяснить отношения. Столько всего, а сама гладила голую грудь мужчины, позволяла бесстыдные ласки. Как же скучала, как же боялась, что не смогу найти. И сейчас все мои скрытые страхи и жажда смешались с адреналином от прошедшего боя и его запахом.
— Постой, — он первым пришёл в себя.
— Да, — упала на его грудь, где билось сердце и замерла. — Мне нужно несколько минут.
— Не тебе одной, — кажется он улыбнулся. — Я не против, конечно, но что-то мне подсказывает, что нам стоит сначала хотя бы познакомиться нормально.
— Я тебя знаю, вампир. Ты принадлежишь мне. Ты обещал мне. Помнишь? Десять лет назад.
— Да, помню. Но голод…
Он тяжело вздохнул, потряс головой приходя в себя окончательно.
— Ала, как тебе удалось меня найти? Как оказалась в моём доме?
Улыбнулась. Прижалась к нему и расслабилась.
— У меня отпуск. Так что у тебя куча времени, чтобы привыкнуть ко мне.
— А потом?
— А потом мы навестим твоего друга-вампира. Я задолжала ему.
Сидеть на коленях вампира мне нравилось, но вот то, что Тау стал задавать вопросы, свидетельствовало о необходимости разговора по душам. Пересела на другое кресло, поправила рубашку и приготовилась к выяснению отношений.
— Ты серьёзно?
— Не зли меня, вампир — у нас договор. Ты весь мой, уже забыл, что обещал мне?
На несколько секунд в комнате воцарилась тишина, а затем прозвучал голос Тауруса:
— Вот уж не думал, что кому-то буду так нужен.
Мой вампир улыбнулся и расслабился. Он с интересом смотрел на меня своими гипнотическими глазами, в которых полыхали красные искры, говорящие о том, что он не до конца утолил свой голод.
— Тау, — нежное прозвище, которое я давно дала ему в своих мечтах, сейчас звучало наяву, — я люблю тебя с первой встречи. И с первой встречи я решила, что ты будешь моим.
Это признание на протяжении долгого времени терзало меня. И сейчас, когда слова были произнесены, мне оставалось лишь надеется, что он откликнется на них. Просить об ответном чувстве я не могла, но держать чувства в себе сил не осталось.
Он растерялся от моей откровенности.
— Алалья, я…
— Молчи. Я не прошу ответа. Это не так важно сейчас. Только хочу, чтобы ты знал: я слишком долго боролась за тебя, чтобы потерять.
Время словно замедлило свой бег для меня. Внутри царил ураган страстей, а я сидела в кресле без движения до тех пор, пока не почувствовала, что меня подхватили на руки, подняли и посадили вновь к себе на колени. Тау крепко прижал меня к себе и поцеловал.
— Аль, спасибо. Только я всё же отвечу. Я очень тебя люблю. И я принадлежу тебе.
