Именно поэтому истинные пары, как бы ни ссорились, всё равно помирятся. И обычно результатом этого перемирия получаются… дети. Даже сейчас, пусть родители и молчали, но я прекрасно знал, что через какое-то время меня порадуют крошкой-сестрой или хулиганом-братцем.
«Большая семья – то есть благо», – любил говорить Живко.
А наши женщины, как и мужчины, способны на продолжение рода на куда более долгий срок, чем обычные люди.
– Дубравка рассказала, почему Благика сбежала? – хмуро поинтересовался отец, став со мной рядом.
Я закусил нижнюю губу. Вот тут было сложнее.
– Её преследовал ненормальный охотник, – наконец-то сказал я. – Силой пытался сделать своей, постоянно говорил, что она должна родить ему ребёнка.
Некоторое время мы молчали. Насколько должен быть не в себе охотник, чтобы так вести себя с женщиной? Да ещё и медиумом. Пусть Благика имела слабый дар, но всё равно… И имя этого мерзавца уже не узнать, потому что если кто-то нарушает правила общин, то его не просто убивают, но и запрещают произносить имя, чтобы память так же развеялась пеплом, как сожжённое тело.
Правда, была ещё и вполне практичная цель: погрести в тишине и забвении, чтобы ни один мертвовод не сумел вывести это чудовище на землю.
Как известно, души тех, кто творил на земле только зло, покидают своё скорбное пристанище куда медленнее и неохотнее добрых людей. Последние – чисты, их не держат грехи на земле.
Отец медленно кивнул:
– Ты должен знать, что эта история очень странная. Благика не из наших, она приехала из Сплита. Поначалу было всё нормально, но потом начало твориться чёрт знает что. И правда, было ощущение, что на ней лежало какое-то проклятие. Всё валилось из рук, дом, где она поселилась, дважды горел. И только чудом её оттуда вытащили. Двое ухажёров, в общем-то, не слабые охотники, погибли при загадочных обстоятельствах.
– И никто ничего не мог сделать? – покосился я на него.
Звучит, честно говоря, как какая-то мистика. Ибо род – это не просто так, это огромная сила, которую можно объединить в мощное оружие. А в Ловране не один род… Но Благику преследовал явно кто-то, кто мог очень многое, раз они не могли ничего сделать.
Отец нахмурился, словно перед его глазами сейчас проходили события давно минувших дней. Потом покачал головой.
– В итоге она провела несколько ночей в церкви святого Юрая, – продолжил он. – Что вымаливала, о чём просила – неведомо. Но потом на рассвете ушла к морю. А затем вдруг поднялся такой шторм, что мы только диву давались. И в то же время поняли, что нужно срочно отыскать Благику. Несколько дней её не могли найти. Дубравка призвала всех своих помощников, о которых живым лучше не говорить, и сумела по нити сна добраться до Благики.
– И где же она была? – спросил я, невольно подавшись к отцу.
Некоторое время он молчал. Я коснулся его плеча. Вздрогнув, перевёл на меня взгляд, потом шумно выдохнул.
– Да? Ах да, Благика. Её нашли на берегу. Там, где остался остов римской колонны, Горан. Тогда был жуткий туман. Мы не понимали, что происходит. Думали, что зря вышли из домов. В такое время стать добычей чудовищ – плёвое дело.
Он снова замолчал.
Мне почему-то стало не по себе. Казалось, что отцу не хочется говорить об этом, но иного выхода нет. И нельзя торопить, и в то же время невозможно ждать.
– Нам повезло, – тихо продолжил он. – Никто не нападал. Но точно скажу, тишина, которая окутала город, была неправильной. Нехорошей. Казалось, что Ловран вымер в один миг. Даже море шептало намного тише, чем обычно.
Я затаил дыхание, не смея перебить.
Отец вдруг резко развернулся и отошёл от окна.
– Потом Благика уехала. Всех поблагодарила и уехала. Куда именно – никому не сказала. Да и честно говоря, никто не отслеживал. Потому что тут родни у неё не было…
Мы какое-то время молчали. Я чуть хмурился, размышляя, как дальше быть. Придётся во многом разбираться с нуля. Но это ничего, ничего…
– Ты уже начал поиски? – поинтересовался отец, пристально посмотрев на меня.
Я кивнул.
– Начал. Правда, пока без результата.
– Много хочешь, – фыркнул он.
– Хочу дочь Благики Грабар.
Тихий смешок. Отец всегда одобрял мою целеустремлённость.
– Дерзай. Но если всё же твёрдо решил взяться за пару, то тогда ещё кое-что…
Я стиснул зубы, зная, что это должно было прозвучать. Что ж… как бы ни хотелось закинуть вещи в сумку, купить билеты и рвануть на поиски, у меня были другие задачи.
Охотник должен быть готов к принятию своей пары. Не только материально и физически, но и духовно. Поэтому предстояло пройти ещё один ритуал. Ведь вся жизнь родов и семей – это ритуалы, которые готовят нас к чему-то и помогают жить легче.
– Да, всё будет, – кивнул я. – Обязательно.
И было.
Принятие полной сути охотника, клятва в церкви святого Юрая, что не причиню вреда своей паре, и… разговор со Златой. Последнее далось тяжелее всего. Но я уже отлично понимал, что с прекрасной ловранской пантерой у меня ничего не получится. Даже видение пары полностью перечеркнуло все чувства.
