Он подскочил к стойке, отпил ещё кофе и снова устремился к двери. Мне хотелось напроситься с ним, но я не решалась: теперь я никто в их бизнесе. Сидела, зажав чашку с чаем, и соображала благовидный предлог.
— Я убежал, — бросил он, а я так и не придумала его.
Ярослав, Саша и ещё один парень из охраны, имени которого я не знала. Из окна гостиной я видела, как они садятся в машину, мысленно радуясь – не один едет. А безымянный парень выглядит крупным, гораздо шире Саши в плечах. Стоило им оказаться за воротами, в холле материализовался Алексей и занял своё дурацкое кресло. Наверное, Ярославу так спокойнее.
— Завтракать будете? — спросила я, испугавшись воцарившейся тишины. Он удивленно посмотрел на меня и помотал головой:
— Спасибо, я уже.
«Ну, конечно, время одиннадцать, все нормальные люди давно позавтракали», — спохватилась я мысленно и поднялась к себе.
Предчувствие дурного никак не покидало. Я даже попробовала обхитрить его с помощью медитации, но ничего путевого из этой затеи не получилось. И я бесцельно слонялась по дому, надоедала Лене, пытая её вопросами о дочке и сыне, надеясь тем самым отвлечься. Позволила ей накормить меня обедом здесь же, на кухне (накрывать для меня в столовой я наотрез отказалась), а потом вышла в сад.
«Скучно ты живешь, — заметила себе. — Делом тебе заняться нужно». Вот если бы у меня имелось пара детишек, уверена скучать бы не пришлось. «Господи, ну, почему одним всё, а другим ничего? — вздохнула я. — Ах да, это я уже спрашивала… И всё равно, несправедливо. Положим, зачем бедной женщине, в глухой африканской деревушке, семь, восемь, а то и больше, детей, она их прокормить толком даже не сможет? Или пьющей горькую в российской, она их, боюсь, не всех помнит по именам. Почему у меня отнял единственного и не даешь больше ни единого шанса?»
Телефонный звонок застал меня, когда я возилась с розами: срезала им жухлые листья и увядшие бутоны. Я стянула перчатку, нетерпеливо вытащила из кармана телефон и уставилась на дисплей – Ярослав.
— Я всё уладил, сокращения отменяются, — доложил он. — Мы выезжаем, через пару-тройку часов будем дома. Попроси Любу сварганить ужин с учетом ребят, мы никуда заезжать не станем.
— А Юмашев? — спросила я, беспокоясь, вдруг он и его пригласил.
— Юмашев укатил ещё час назад.
— Что он хотел показать этим в итоге?
— Похоже, никак не угомонится со своими китайцами, хотя, если честно, он столько всего нагородил, что с наскока не разобраться. В общем, не по телефону.
Мы попрощались, я подхватила ведерко, в которое складывала мусор, сунула его в руки пасшемуся неподалеку Алексею, а сама бросилась на кухню. Охранник растеряно на меня покосился, но противиться не рискнул и послушно побрел выносить. Ведерко в его руках смотрелось совсем игрушечным. «Ему бы лопаточку ещё…», — усмехнулась я, настроение поднималось. Лена моей просьбе как будто даже обрадовалась, принялась напевать, взгляд на позитиве. Я поднялась к себе, переодеться, после работы в саду, принять душ.
Стоило мне выключить воду, как я услышала разрывающийся телефон, обернулась в полотенце и бросилась в комнату. Напрасно я решила, что это Ярослав, номер был абсолютно незнакомый, а комбинация цифр, казалось, принадлежит другому региону, но тут я не уверена.
— Слушаю, — отвечаю я на звонок.
— Ну, здравствуй, куколка! — с притворной любезностью поприветствовал он. Сердце забилось, как сумасшедшее, голос я безусловно узнала. Он хмыкнул, словно прочел мои мысли, или почувствовал, как пощекотал мне нервишки, и уточнил: — Узнала?
Отвечать я сочла излишним, не хотела выдать себя по голосу и для начала сглотнула. Впрочем, ответ мой ему не требовался, он усмехнулся и заключил:
— Узнала. Я тут тебе, лапуль, сюрприз приготовил. Праздничный, с фейерверками. Можешь получить, а можешь и отказаться, всё в твоих руках, дорогуша. Ты же решила, что правишь миром, что мужиков за яйца держишь, так что, выбор за тобой.
Я не отвечала, но и бросить трубку попросту не рискнула. Слушала весь этот бред, который не заглушить тревожному набату в висках. «Пусть выговорится», — решила я. В конце концов, когда-нибудь да придет к сути. Я отказалась права: валят дурака ему вскоре наскучило, язвительные интонации он сменил на угрожающие и рявкнул:
— Короче, так, Мата Хари, слушай сюда. Сейчас ты отрываешь задницу, из насиженного гнездышка, и едешь куда я скажу. Одна, без водителя и охраны. Как ты это проделаешь меня не интересует. В лапки ты прихватишь акции, все документы, касаемо их наследования, и паспортишко. Ждать тебя там буду через час.
— Вы нарыли на меня что-то новенькое? — сострила я, стараясь не выдавать ему голосом, истинное положение вещей. — Что-то из серии: чего даже я про себя не знаю?
