Сентябрь дождливый и неприветливый. В душе же и вовсе снег и лютый мороз. Как выбросить из головы мужчину, на котором застыл весь мой мир? Как сдержаться, чтобы не дать ему шанс все пояснить, убедить в том, что его необходимо простить? Ведь я не железная. Я впервые в жизни полюбила… И теперь разрушаю себя по частям вдали от любимого.
Злость палит все внутри, оставляя после себя выжженную землю.
Любимого? Негодяя! Лгуна! Предателя! Называй вещи своими именами, Лейла, как бы больно это ни было! Он разрушил твой мир, оставил после себя руины. То, что он отец твоего сына — мерзкое стечение обстоятельств и это не снимает с него вины.
Подумать только. Закрываю глаза и вспоминаю, как одержимо боролся против меня Бойко. Что я ему сделала и почему я, мне непонятно, да и нет смысла задаваться таким вопросом. Говорят, он презирает женщин и бьёт свою молодую жену. А я та женщина, которая оказалась во многом успешнее.
Однажды меня подрезала машина, когда я ехала с Горкой от педиатра. Сын дико испугался и кричал ночами. Причем тут Бойко? Он даже скрывать этого не стал. Пообещал в следующий раз столкнуть в кювет.
Однажды какой-то паренёк кинул в коляску петарду. Слава богу, я среагировала молниеносно, выбросила прочь. Бойко лишь шепнул мне на ухо: а ведь могла быть граната в зал ресторана.
И многое-многое другое. Вот, что это был за человек. Партнёр, мать, его, Любомира. И Марченко пришел громить меня по его наводке! Почти разгромил, но, видимо, решил поиметь трофей в виде моего тела… Каждый раз, когда он целовал меня, думал о том, что я его конкурент… И как сладко будет сбросить меня с этой высоты.
Эти мысли помогали забыть о нем. Я приказала себе начинать учиться жить без того, кто украл навсегда мое сердце…
Дни сменяли друг друга. Работа стала моей отдушиной. Пришлось немного соврать родителям — сказать, что у жениха появились проблемы и помолвку со смотринами мы перенесем на более удобный день. Я не хотела их расстраивать.
Но Мир… Боже, он не шел из головы совсем! Я по-прежнему видела его в каждом втором прохожем. В мои сны он и вовсе вторгался с пугающей регулярностью.
К концу второй недели он оставил попытки достучаться до меня. Я уже не чувствовала взглядов в спину и потеряла ощущение слежки за собой. Затаился? Или смирился? Я продолжала убеждать себя в том, что это хорошо. Теперь ничто не помешает мне забыть об этом человеке.
Но сердце не обманешь.
Исчезновение Любомира стало для меня ещё более сильным ударом.
— Тебе просто надо расслабиться! — решительно говорит Ленка, пока я паркую свою машину у подъезда. — И ничего такого в этом нет! Ты не обязана носить траур по Марченко. Ты больше вообще ничем ему не обязана!
Надо ли говорить, что меня уже поломало по всем фронтам и выпотрошило болью. Каждое утро начинается одинаково. Я открываю глаза, и реальность сшибает с ног. В новом Мире серые краски и отчаяние. Только Горка умеет разукрасить его — когда обнимает, осыпая поцелуями, шепчет "лублу" и смотрит на меня полными обожания глазами. Такими похожими на глаза своего отца. Даже восхищение у них выглядит одинаково.
И я действительно забываю о своей боли на какой-то миг. Смеюсь, вдыхаю аромат солнышка и тепла от волос сынишки, с удовольствием готовлю ему кашу, рисую вареньем смешную рожицу на поверхности блюда. Уделяю час поиграть с ним, после чего с сожалением передаю няне и еду в ресторан. Благо работы стало много.
В городе начинают желтеть листья. Иногда выглядывает солнце, но ему уже не обмануть и не посеять семена надежды в моей душе. Я ничего не жду от этой осени.
— Лей, заснула, что ли? — тормошит меня Лена. — Сейчас переоденешься и едем тусить до утра. И не спорь.
— Сейчас тусовки до утра для меня роскошь. Ты же знаешь, к новому году мы с инвестором планируем открыть второй ресторан моей сети. Работы выше крыши.
— А если не отдыхать? Лей, так и свихнуться недолго… Кстати… Любомир не искал встречи?
Смотрю на нее так, что подруга запинается на полуслове.
— Будь добра, достань пакеты из багажника. И нет, не искал. Хватило ума не рисковать, я его к себе с сыном и на пушечный выстрел не подпущу.
— Я, может, лезу не в своё дело, но сын без отца…
— Что ты городишь? Ты забыла, как Горка появился на свет? Тебе напомнить? Я и рожала его для себя! Появление биологического отца ничего, кроме нервов и боли, мне не принесло…
Лена кивает, приподняв бровь. И тихо произносит:
— А ведь ты все ещё любишь его, Лея.
В горле пересыхает, сердце болезненно колет.
— Ну и что?! Какое это имеет значение? Он — история! Нет его больше! Закрыли тему!
Лена выходит, я вслед за ней, и мы вместе достаем пакеты из багажника. Чувствую ее взгляд, полный тревоги. Лучшая подруга переживает, но ничего поделать не может.
Мы поднимаемся на мой этаж, выходим из лифта на лестничную клетку. Я достаю ключи, и тут мой взгляд упирается в напольный коврик.
На нем лежит фотография. И я чувствую, как сердце подскакивает к горлу и начинает неистово биться, едва не провоцируя асфиксию. Сглатываю, преодолев панику, опускаюсь на корточки, поднимаю снимок.
