А что же ты так яростно, Володя, набросился на Сашу Боброва? Ну назвал он книгу «Поэзия. Судьба. Россия» литературным подвигом. Слава богу. Бобров не сравнил в отличие от тебя мою скромную судьбу с судьбой Кампанелы или Николая Островского, может быть, в избытке дружеских чувств чуть-чуть переборщил в эпитетах, но зачем же тебе так неистовствовать? В конце мая в газете «Российский литератор» вышла большая статья Михаила Чванова о моем двухтомнике и называется она «Три подвига Станислава Куняева». Не «один», как у Боброва, а целых «три». Ну что ты теперь будешь делать – проклинать Мишу Чванова, хорошего писателя, русского патриота из города Уфы? Отравлять свою душу завистью? Или, наконец, порадуешься если не «подвигу», то хотя бы успеху собрата по литературе. А не дай бог о моих воспоминаниях еще несколько статей появятся и на каждую из них, тебе придется отзываться во гневе? Да побереги здоровье! Мне жалко тебя, Володя, твой незаурядный дар полемиста и темперамент гражданина. Ты пишешь, что в «Нашем современнике» было аж шестнадцать отзывов (в подборке из 50 читательских писем) на мою книгу («хор» из шестнадцати голосов. Поющих автору аллилуйю»)… А может быть, сердце твое свербит от ревности, что появляются книги в наше «не читающее время», которые все-таки находят своего читателя? Эти отзывы, Володя, интересны в первую очередь не тем, что они о книге главного редактора, а тем, что в них проявляется облик, характер, сознание современного читателя. Каков он? Письма отвечают: «Выжил. Не сдался, не превратился в рыночную пыль. Сопротивляется. Понимает. Живет надеждой на победу».
Вот что интересовало журнал в первую очередь, когда мы печатали эти письма, а не «аллилуйщина». Умного читателя, Володя, надо уважать и ценить и поощрять. Особенно в наше время. Кстати, опубликованных писем о моей книге могло быть много больше, чем шестнадцать (как все точно ты подсчитал – «пятнадцать номеров», «одиннадцать полос», «шестнадцать откликов» – чистый бухгалтер!), поскольку журнал получил более 300 положительных откликов на «Воспоминания и размышления». Однако, жалея твою ранимую психику мы напечатали всего лишь малую толику из этого моря писем. Надо все-таки в условиях информационной блокады журналу демонстрировать, что несмотря ни на что нас читают и любят.
